Случилось так, что Да узнала о моих реально уже ставших личными к тому времени отношениях с Ларисой… Это произошло, понятное дело, потому, что и это было частью Божественного Плана, каковые планы, как известно почему-то сравнительно небольшому проценту людей, не подлежат ни обсуждению, ни ведению на сей счёт каких-либо дискуссий.
В плане же Материальной Проявленности это произошло потому, что во-первых, я, по всей видимости, ослабил своё внимание на некотором участке того, что в наираннейшем детстве счёл для себя удобным называть реальной жизнью, а во-вторых, потому, что как бы Да порою ни осуждала склонность своей собственной матери шариться по карманам её отца в поисках геморроя на собственную же жопу, сама, по-видимому, сделала из этого несколько не те выводы, что можно было бы счесть логичными, если исходить из её же вполне недвусмысленного осуждения данной, как выяснилось позже, наследственной склонности. Что, круто завернул? Это потому, ёпти, возможно, что сие правда есть:). (Я сейчас допустил подобный пассаж, начиная со слов «Что, круто завернул?», потому что сперва подумал, что вот, например, если б я остался навек автором «Псевдо» (http://www.raz-dva-tri.com/psevdo.doc), то сей пассаж просто напрашивался бы самой логикой текста, но в «реальности»-же я допустил сейчас такой пассаж потому, что всё-таки, сколь ни вращай, я действительно остался-таки автором «Псевдо» и изложенной там в первом приближении теории MЕТА (сноска: Хочу иметь крутой компьютер, чтобы забить туда некий роман, между каждыми двумя строчками которого располагалось бы ещё по роману, темы которых были бы косвенно связаны со смыслом, содержащимся в тех двух строчках первого романа, между которыми каждый роман второй ступени и был бы помещён. Собственно, самый первый роман или роман первой ступени можно было бы назвать МЕТАРОМАНОМ, но поскольку между строчками каждого романа второй ступени тоже помещается несколько тысяч романов третьей ступени (и так до бесконечности), то, стало быть, МЕТАРОМАНОМ может называться любой роман подобной системы. Кроме того, понятие ступеней также компрометировалось бы в моём компьютере, ибо где-нибудь между строчками МЕТАРОМАНА какой-нибудь десятой или сотой ступени располагался бы как раз исконный роман, ранее обозначенный как МЕТАРОМАН первой ступени. Жалко только, что и сотен жизней не хватит на воплощение этого проекта. А ведь создание такой искусственной системы вполне может соперничать с реальным бытием человечества! Впрочем, всемирная литература, если её правильно разложить по ранжиру, вполне может сойти за пародию на МЕТА. И в этой связи мой «Псевдо» занимает законное место между строчками какого-то из общеизвестных романов. А поскольку именно в «Псевдо» только что была изложена теория МЕТА, то это может означать только одно: не далее, чем строчку назад, круг замкнулся. Сегодня, в 10 часов 31 минуту (21 марта 1995 года) мировое искусство вступило в новую стадию. Стадию осознания МЕТА. С этого момента автор «Улисса» и «Бесов», «Мертвых душ» и «Илиады» — Максим Скворцов! Авторы «Псевдо» — Толстой, Достоевский, Пруст, Маркес, Лимонов и кто угодно. В плоскости искусства Гомер и я — это одно и то же лицо! Моя творческая индивидуальность абсолютно тождественна всем остальным.), о чём многое там, хоть и робко ещё, но говорится, и на сегодняшний день вполне успешно себе функционирует:).)
В быту Да, как правило, проявляет себя либо как «жена декабриста», либо как «хрестоматийная стерва» — третьего не дано, что, среди прочего, и делает её одной из лучших женщин в мире. Поэтому после обнаружения ею в моём мобильном телефоне (:)) Ларисиных эсэмэсок и, что самое страшное, моих же на то ответов, в нашем доме сразу вспыхнул горячий скандал.
Нет, конечно, это всё не закончилось немедленным расставанием — сие детский сад, а мы считали себя людьми взрослыми. Мы долго «беседовали», после чего стали принимать алкоголь и, в конце концов, оказались в супружеской постели. Однако в ближайшие же дни она написала Ларисе нечто, начинавшееся чуть ли не словами «Здравствуй, сестричка!..».
Вы спросите, возможно, а где она взяла адрес? Дело в том, что к этому времени ящика «evpaty_kolovrat» было два. Один из них общий, а другой — только Ларисин. Поскольку всё, что называлось «евпатием» было прообразом Единого Я, каковое «я» не мыслилось чем-то существующим в обход Божьей Воли, а претензии на то, чтобы её как-то синтезировать и, тем более, игнорировать не было у меня никогда, то я не счёл возможным скрывать это и от Да.