Еще там есть такие, например, строчки:
У меня, как вы понимаете, сложные отношения с творчеством, будь то — искрЕнность, или же работа — по хую мороз, блядь! А у Вани сложные отношения с Л. И с творчеством весьма не Иначе обстоят у Вани дела.
А у Имярек тоже со мной сложные отношения. ещё у нее сложные отношения с сексом и столь занимающей ее богословской идеей Греха. С С у меня тоже сложные отношения. Я хочу простоты. Я не хочу сложностей. Я хочу элементарной человеческой нравственной и морально-этической простоты, каковая, как известно, вне всякого сомнения хуже воровства… Да и ебись все Красным Конем, раз все так ебанно обстоит.
LXXXI
Да пошли вы все на хуй, простите за откровенность! Вы сначала играть научитесь как следует, а потом суйтесь в мою высокосложную душу! Иначе вы меня уже достали, блядь, суки! Заебали, минуя постелю! Посему, будьте бобры, пройдитесь в пизду по коридору направо! Вам там, блядь, самое место будет. Там, блядь, и развлекайтесь в свое удовольствие, и ебите во все дыры кого пожелаете, а меня, блядь, и мою бабу не троньте! Потому что в противном случае я вам пасть разорву и одномоментно с последней так же и жопу, блядь!..
Ты, Имярек, прости меня! Очень может быть, что я перед тобой и виноват в чем-либо. Оченно запрОсто. Я всегда виноват перед теми, кто того страстно желает. Всё всегда всем пожалуйста. Нету problem, блядь. Завсегда и по-свойски. Подходите по одной: никто не уйдет обделенной моим комплексом вины перед ней. Записывайтесь загОдя. Желающих много ведь. Вины у меня, блядь, на всех хватит. Доброты у меня на всех хватит, любви у меня на всех хватит, простоты у меня на всех хватит и мудрости тоже, блядь, ни отнять — ни прибавить. Всем всегда подсоблю: кого ужалю, кого успокою как следует.
Ты, Имярек, прости. У меня не было сил. Время вышло. Я хочу, чтоб мне было хорошо. А ты хочешь, чтоб мне было плохо. Это, конечно, по твоему мнению круто и охуенно, когда влюбленные мучаются, когда они в разлуке, когда в каждом редкостном поцелуе оба чувствуют привкус Смерти, блядь, оба мечтают о совместном самоубийстве, оба чувствуют постоянную, разрывающую на части боль, блядь, — короче вся эта ложная эстетическая хуердень: «Империя чувств», блядь, Мисима, «Гранатовый браслет», «Звезда и смерть Хоакина Мурьеты», «Малыш и Карлсон, который живет в Дармштадте»…
Все это вне всяких сомнабул оченно заебся, но… есть, простите опять за банальность, каковая правит мирком, сколько он себя помнит (память его, разумеется, за мой счет существует — это нормально, блядь, я уж не жалуюсь боле) есть, блядь, одно НО: Небесному Папе я нужен живым. Поэтому ты прости меня, Имярек, звезды против. Папа не позволяет мне пока принять смерть в нашем с тобой совместном любовном ложе. Увы! Увы, мне, тебе, нам и мировой революции! Хуевско, конечно, но что я могу сделать. Понимаешь, я бы, оно, конечно, и рад бы сдохнуть, тем более с тобой; то есть, чтоб не только я, но и ты, дорогая моя, но — Папа не дозволяет. Он мне дозволяет, похоже, с каждым днем все более и более любить С, потому что она добрая, хорошая, очень красивая, классная, замечательная, и не обливает меня говном, чего я просто-таки не выношу.
Кроме прочего, меня заебал этот ебаный капиталистический мир, которым самовластно правит кто-то другой, а не я. Это совершенно непростительная ошибка, ибо я бы обеспечил всем человеческим доходягам Золотой Век. Вы же все козлы. Заебали, блядь. Я кого только не сильнее, но сижу себе и не выебываюсь. Мне не нужно быть круче всех. Мне достаточно просто быть равным с теми, с кем я по-меньшей мере и равен на самом деле.
Вы же, людишки, нет. Вам нужно, блядь, каждую секунду утверждать свое превосходство надо мной. Я обычно очень долго терплю, но у всего есть начало и Конец. Вы охуели! Куда вы лезете? Пупок развяжется! Не надо меня третировать. Я этого не люблю, и это ни для кого добром не закончится. Ужели это вам непонятно? Да не прикидывайтесь! Вы же все умные женщины. По крайней мере настолько, насколько сие максимально возможно.