В самой глубине расщелины, там, где на протяжении бесчисленных лет покоились останки неизвестного воина, продолжала клубиться плотная энергия Инь. Не рассеянная. Не загрязнённая. Не искажённая. Наоборот — удивительно чистая и насыщенная. Словно само место смерти этого существа, обладавшего невероятной силой, за многие века превратилось в маленький природный резервуар концентрированной эссенции.
Сделав ещё шаг, Максим медленно опустился на одно колено. Закрыл глаза. И осторожно раскрыл свою ауру. Сила Инь мгновенно откликнулась на его призыв. Будто живая. Будто узнающая родственную природу. И холодные серебристо-чёрные потоки потянулись к нему. Сначала медленно. Затем всё быстрее.
Практически сразу парень почувствовал, как эта энергия входит в его меридианы. И в то же мгновение едва не задержал дыхание. Потому что ощущения были до боли знакомыми. Эта сила невероятно напоминала ту самую чистую эссенцию, которую он когда-то поглощал в ущелье Чистой Инь. Такую же густую. Такую же тяжёлую. Такую же насыщенную. И при этом удивительно послушную. Каждая капля этой энергии, проходя по его меридианам, словно смывала накопившуюся усталость. Освежала сознание. Укрепляла тело. Насыщала каждую клетку. Внутри разливалось знакомое ощущение прохладной ясности. И почти мгновенно за ним последовала волна удовольствия.
Максим невольно прикрыл глаза. На краткий миг ему показалось, будто он снова находится в ущелье Чистой Инь. Где впервые в этом мире открыл глаза. Среди ледяного ветра. Среди потоков первозданной силы. Там, где каждый вдох приносил мощь. Каждый миг делал его сильнее. По позвоночнику пробежала приятная дрожь. Сознание стало необычайно ясным. Все чувства тут же обострились. Внутри разлилось ощущение почти физического счастья. Той самой эйфории, которую испытывает путник, измученный долгой дорогой и внезапно обнаруживший чистейший источник воды.
Однако Максим не позволил себе потерять контроль. Как бы ни было приятно поглощать столь качественную энергию, времени у него оставалось немного. Спутники наверняка уже начали обращать внимание на его отсутствие. Поэтому он действовал быстро. Чётко. Без малейших колебаний. Сила Инь мощным потоком вливалась в его духовное ядро. Оседала там плотными слоями. Уплотнялась. Очищалась. Становилась частью его собственной силы. С каждым мгновением внутренний резерв юноши заметно возрастал.
Процесс продолжался всего несколько минут. Но благодаря невероятной концентрации энергии эффект оказался поразительным. Когда последние струйки Инь были поглощены, Максим медленно выдохнул. Открыл глаза. И ощутил, что усталость, накопившаяся за время пути, почти полностью исчезла. Наоборот. Он чувствовал себя бодрым. Сосредоточенным. И необычайно довольным.
На губах юноши появилась лёгкая улыбка. Он получил не только редчайшие артефакты и останки неизвестного существа, но и настоящий подарок в виде чистой эссенции Инь. Подобные находки могли кардинально изменить темпы его развития.
Но задерживаться было нельзя. Максим быстро поднялся. Ещё раз проверил, не осталось ли следов. Затем уверенным шагом вернулся к высохшему дереву. Теперь ему предстояло завершить ту работу, ради которой он якобы сюда и направился. Он несколькими быстрыми движениями переломил несколько толстых ветвей. Разделил их на более удобные части. Добавил к ним охапку мелкого хвороста. Собрал всё в аккуратную связку.
Со стороны его действия выглядели совершенно естественно. Обычный ученик, отправившийся за дровами и немного задержавшийся. Ничего подозрительного. Ничего необычного. Взвалив связку сухих веток на плечо, Максим ещё раз мысленно оценил полученную добычу. Алебарда, наполненная силой разрушения. Древний доспех. Пространственный пояс. Скелет неизвестного рогатого существа. И значительный объём чистейшей энергии Инь. Для нескольких минут отсутствия результат был просто великолепным.
Сохраняя на лице привычное спокойствие, Максим направился обратно к стоянке. Шёл он так же неторопливо, как и раньше. Словно действительно всего лишь собирал дрова для костра. Но глубоко внутри его переполняло тихое чувство удовлетворения. И даже едва заметной, почти детской радости. Потому что этот странный, опасный и изуродованный мир уже начал раскрывать перед ним свои тайны. Когда Максим вернулся к стоянке с охапкой сухих веток на плече, на поляне царила почти обманчивая мирная атмосфера. Если бы не парящие в бескрайней пустоте каменные острова, если бы не странные искривления пространства вдалеке, если бы не ощущение чужеродной силы, пронизывающей сам воздух этого изуродованного мира, можно было бы подумать, что это самый обычный походный привал.