— Значит, — протянул он, — моя внучка поднялась ещё до восхода солнца, пробралась через кусты, испачкала платье, испортила причёску… и всё это ради того, чтобы тайком наблюдать за тренировкой какого-то юноши?
Линь Сюэ мгновенно вспыхнула.
— Дедушка!
Старик тихо рассмеялся.
— И, что особенно примечательно, — невозмутимо продолжил он, — вернулась ко мне с крайне серьёзным выражением лица и заявляет, что её волнует исключительно происхождение его боевого стиля.
Он сделал небольшую паузу, после чего, прищурившись, добавил:
— А ведь обычно молодые девушки, которые в предрассветной тишине подглядывают за красивыми юношами без верхней одежды, интересуются несколько иными вопросами.
Линь Сюэ едва не задохнулась от возмущения.
— Я вовсе не…
Но договорить ей не удалось. Главный старейшина лишь добродушно махнул рукой.
— Не оправдывайся. В твоём возрасте это вполне естественно.
— Дедушка!
Теперь уже даже её шея залилась густым румянцем. Однако старик, вдоволь насладившись смущением внучки, наконец стал серьёзнее. Он слегка постучал пальцами по столу.
— Впрочем, должен признать, наблюдала ты не зря.
Линь Сюэ тут же сосредоточилась.
— Значит, ты точно знаешь, что это за стиль?
Главный старейшина кивнул.
— Да. Я уже тебе говорил о том, что, насколько мне известно, называется он стилем «Ледяной Сколопендры».
На этот раз уже сама девушка застыла в полном изумлении. Её прекрасные миндалевидные глаза расширились. Она несколько секунд просто смотрела на деда, пытаясь осмыслить услышанное.
— Ты… знаешь его название?
Старик слегка усмехнулся.
— Более того, я уже видел его в исполнении самого Мин-сока.
Линь Сюэ медленно опустилась на край стоящего рядом кресла. То, что она считала своей маленькой тайной и важным открытием, оказалось давно известно старейшинам. Более того, у этого странного боевого искусства уже было собственное имя. И это означало лишь одно. Мин-сок действительно находился под пристальным вниманием высшего руководства Академии. Главный старейшина, наблюдая за её реакцией, спокойно продолжил:
— Два старейшины и наставница Ли Юньсюэ уже сообщили мне о его способностях. А утром один из них лично видел его тренировку.
Он слегка наклонился вперёд.
— И поверь мне, девочка моя, ты далеко не единственная, кто понял, насколько необычен этот юноша.
Линь Сюэ невольно сжала пальцы.
— Тогда почему ты позволил ему остаться у Ли Юньсюэ?
Старик чуть приподнял бровь.
— Потому что Академия Небесного Свода — это не игрушка для удовлетворения чьих-то прихотей. Даже твоих.
Слова были произнесены спокойно, но их смысл был предельно ясен. Девушка слегка опустила взгляд. Однако Великий старейшина тут же смягчился.
— Кроме того, — продолжил он, — пока что это лучший вариант. Ли Юньсюэ молода, но умна. И, что важнее, Мин-сок доверяет ей.
Он сделал короткую паузу.
— А доверие такого юноши может оказаться куда ценнее любого приказа.
Линь Сюэ задумчиво прикусила губу. Перед её мысленным взором вновь возникла фигура Мин-сока. Его ледяные глаза. Спокойное лицо. Смертоносные движения. И полное равнодушие к её приказу. Она медленно подняла взгляд на деда.
— Значит… он действительно настолько важен?
Старший родственник несколько секунд молчал. Затем его лицо стало необычайно серьёзным.
— Возможно, — тихо произнёс он, — этот юноша является одним из самых ценных приобретений Академии за последние несколько десятилетий.
После этих слов в комнате вновь повисла тишина. И Линь Сюэ окончательно поняла, что её интерес к Мин-соку — это уже не просто прихоть избалованной красавицы. Это история, способная изменить расстановку сил во всей Академии Небесного Свода.
Линь Сюэ некоторое время сидела молча, задумчиво глядя на лежащий перед дедом нефритовый футляр с древним трактатом. Но мысли её были уже далеко не здесь. Перед глазами вновь возникал образ Мин-сока. Спокойное лицо. Холодные, словно выточенные из прозрачного льда глаза. Гибкое, сильное тело, двигавшееся с той опасной грацией, которая свойственна лишь существам, рождённым для охоты. И то почти невыносимое ощущение, что этот юноша словно не принадлежит никому. Ни ей. Ни Ли Юньсюэ. Ни даже самой Академии. Эта мысль неожиданно вызвала в её душе странное раздражение. Да. Линь Сюэ привыкла получать то, чего желала. Если её взгляд останавливался на редком артефакте, через несколько дней тот уже украшал её личную сокровищницу. Если ей нравился какой-то юноша, он неизменно становился её слугой. Если кто-то пытался противиться её воле, достаточно было одного слова, чтобы все препятствия исчезали.