Она считалась второй красавицей Академии Небесного Свода. Это звание никогда не приносило ей радости. Первое место, как знали все, принадлежало внучке Великого старейшины Линя. И, как ни странно, именно этот факт спасал девушку от множества неприятностей. Никто из молодых наставников не решался открыто навязывать своё внимание внучке самого влиятельного человека Академии. Слишком велик был риск вызвать недовольство этого могущественного старика.
А вот Ли Юньсюэ… Красивая. Молодая. Талантливая. Но не имеющая за спиной могущественного клана. Не окружённая родственниками, способными только одним своим словом сломать чужую карьеру. Для многих она выглядела идеальной целью. Её пытались осыпать подарками. Приглашали на совместные тренировки… На чаепития… На прогулки к горным озёрам… На охоту за духовными зверями… Некоторые действовали мягко. Другие — весьма назойливо. Третьи считали, что она просто обязана обратить на них внимание. И каждый отказ воспринимали как временное недоразумение.
Ли Юньсюэ невольно поморщилась. Особенно её раздражали двое. Один — сын старейшины, заведующего залом боевых техник. Самодовольный, чрезмерно разговорчивый и уверенный, что любая женщина должна быть польщена одним фактом его внимания. Второй — племянник влиятельного наставника. Молчаливый и внешне спокойный, но с той неприятной настойчивостью, которая скрывалась за показной вежливостью. Оба были достаточно сильны. Достаточно влиятельны. И достаточно уверены в собственной безнаказанности. Раньше им было трудно отказывать так, чтобы не нажить себе проблем. Но теперь… Теперь всё изменилось.
«Простите, мне нужно заниматься с учеником.»
Как же приятно звучали эти слова. Безупречное объяснение. Не вызывающее вопросов. Не оставляющее поводов для обиды. Не позволяющее обвинить её в высокомерии. Ведь забота о личном ученике — прямая обязанность наставника. А теперь, после сегодняшнего показательного выступления Мин-сок, никто не мог сказать, что она зря тратит время. Напротив. Её ученик за считанные минуты унизил троих самых заносчивых старших учеников. И сделал это так легко, словно имел дело не с культиваторами уровня Доу Ши, а с неуклюжими детьми. Для Ли Юньсюэ это стало лучшим доказательством правильности её выбора. И одновременно — прекрасным щитом от нежелательного внимания.
Она вновь вспомнила, как Мин-сок спокойно уходил с тренировочной арены. Без самодовольства. Без желания покрасоваться. Без попытки поймать восхищённые взгляды. Он вёл себя так, словно только что выполнил обычную тренировку. И это, пожалуй, впечатляло не меньше, чем сама победа. Большинство юношей его возраста после подобного успеха уже сияли бы от гордости. Искали бы восхищённые взгляды девушек. Старались бы подчеркнуть собственную значимость. Мин-сок же думал только о том свитке, который она держала в руках. О знаниях. О развитии. О силе. И именно это заставляло её вновь и вновь возвращаться мыслями к нему.
Девушка опустила взгляд в чашку. На поверхности чая дрогнуло её отражение. Щёки слегка порозовели. Она прекрасно понимала, что её интерес к этому юноше уже давно перестал быть исключительно профессиональным. Да, она хотела воспитать уникального ученика. Хотела доказать всем, что способна разглядеть талант. Хотела укрепить своё положение среди наставников. Но было и что-то ещё. Что-то куда менее рациональное. Воспоминание о его тренировке. О рельефе сильного тела. О плавной, почти хищной грации. О том странном, волнующем ощущении, которое охватывало её всякий раз, когда она оказывалась слишком близко. И о том, насколько спокойно и равнодушно он воспринимал её красоту. Это одновременно раздражало и притягивало. Ли Юньсюэ поставила чашку на стол. Тонкие пальцы нервно коснулись края фарфора.
— Что же ты за человек такой?.. — едва слышно прошептала она.
Вопрос остался без ответа. Лишь ветер тихо шелестел в листьях бамбука. Но девушка уже знала одно. Теперь Мин-сок был не просто её учеником. Он стал центром интереса старейшин. Предметом зависти. Возможной целью для интриг. И, как бы она ни пыталась это отрицать, человеком, чья судьба начала значить для неё куда больше, чем следовало бы.
Ли Юньсюэ медленно поднялась на ноги. Сложила руки за спиной. И посмотрела в сторону соседнего дома, где за закрытой дверью Максим уже, скорее всего, развернул полученный трактат и с головой ушёл в изучение новых знаний. На её губах вновь появилась мягкая улыбка.