— Что. Здесь. Произошло?
Сейчас его голос звучал спокойно. Даже слишком спокойно. И именно поэтому Максим сразу понял, что наставница действительно испугалась. Он неловко кашлянул.
— Небольшой эксперимент. Ничего серьёзного.
Девушка медленно скрестила руки на груди.
— Если это для тебя «небольшой эксперимент», то я боюсь представить, что ты называешь «серьёзным».
Максим невольно улыбнулся. Но, увидев выражение её лица, тут же убрал улыбку. Ли Юньсюэ подошла ближе. Настолько близко, что он почувствовал лёгкий аромат её духов. Тонкий. Свежий. С едва уловимыми цветочными нотами.
— Ты понимаешь, — произнесла она уже заметно мягче, — что если бы это плетение взорвалось рядом с тобой, тебя могло бы разорвать на части?
Её голос дрогнул на последней фразе. Совсем чуть-чуть. Но Максим заметил это. И именно тогда окончательно понял, что она действительно за него переживает. Не как наставник, обеспокоенный потерей перспективного ученика. А как человек, которому небезразлично, что с ним может случиться. Парень виновато опустил взгляд.
— Я всё контролировал.
Ли Юньсюэ вскинула бровь.
— Дерево, судя по всему, с этим утверждением не согласно.
После этих слов молодой наставницы, Максим невольно усмехнулся. Даже она не удержалась от колкости. Это означало, что первоначальный испуг уже начал отступать. Он кивнул в сторону поваленного ствола.
— Я действительно использовал минимальное количество энергии. Но выяснилось, что структура плетения, созданная для использовании энергии Янь, при заполнении её энергией Инь ведёт себя совершенно иначе.
Ли Юньсюэ внимательно посмотрела на него. И раздражение в её взгляде постепенно сменилось сосредоточенным интересом.
— Объясни.
Максим поднял с земли небольшую веточку и присел на корточки. На каменной поверхности площадки он начал схематично чертить линии.
— Большинство техник, которые мне попадались, рассчитаны на использовании энергии Янь. Но сами структуры плетений универсальны. Если понимать их логику, можно попробовать заменить тип энергии.
Он нарисовал схему нескольких узлов.
— Я предположил, что, учитывая противоположную природу энергии Инь, достаточно изменить направление потоков, точки стабилизации и векторы воздействия.
Ли Юньсюэ присела рядом. Подол её одежды мягко лег на камень. Она внимательно следила за каждым его движением.
— Первые узлы сформировались стабильно. — Продолжил Максим. — Но затем энергия начала сжимать структуру сильнее, чем я ожидал. Плетение стало самопроизвольно уплотняться и вышло из-под контроля.
Он кивнул в сторону дерева.
— Пришлось отбросить его в сторону.
Наставница некоторое время молчала. Её взгляд медленно перемещался от начерченной схемы к разрушенному дереву и обратно.
— Подожди… — Наконец произнесла она. — Ты хочешь сказать, что самостоятельно пришёл к выводу о возможности адаптации техник, разработанных для использования энергии Янь, для использования энергии Инь?
Максим пожал плечами.
— Это выглядит логично.
Ли Юньсюэ удивлённо моргнула.
— Логично?
В её голосе прозвучало искреннее изумление.
— Ты понимаешь, что над подобными вопросами размышляли поколения культиваторов?
Максим спокойно посмотрел на неё.
— Да. Но большинство трактатов по Инь написаны людьми, которые, по сути, лишь обладали малым запасом этой энергии. Они пользовались её разрушительной природой, но не пытались понять,как она работает на самом деле.
Эти слова заставили девушку замереть. Она медленно выпрямилась. Её взгляд стал задумчивым. Ли Юньсюэ действительно читала те же самые трактаты. Причём не один раз. Ещё до того, как передать их ученику, она внимательно изучила каждый свиток, чтобы убедиться, что в них нет ничего опасного или сомнительного. Однако ей даже в голову не пришло посмотреть на эти тексты под таким углом. Для неё они были редкими знаниями. Для Максима — набором неполных наблюдений и отправной точкой для собственных выводов.
Девушка вновь посмотрела на него. Теперь уже совершенно иначе. Словно впервые осознав, что перед ней находится не просто талантливый боец. И не просто редкий культиватор, владеющий чистой Инь. Перед ней стоял человек, способный самостоятельно анализировать знания, находить в них слабые места и строить собственную систему понимания. А это было куда более редким даром.