Выбрать главу

Однако не стоило забывать, что в то время, когда произносились эти слова, Гитлер уже был рейхсканцлером Германии, которая претендовала на присоединение Австрии к Третьему рейху. Несмотря на то что Иоганн Вальтари Вёльфль, «староста» «Люмен клуба», всегда позиционировал себя как идейный национал-социалист и даже помогал австрийским сторонникам Гитлера во время правления канцлеров Дольфуса и Шушинга, он не смог избежать неприятностей. После того как в 1938 году произошел аншлюс Австрии, деятельность «Люмен клуба» попала в прицел гестапо. В одном из донесений говорилось, что клуб был фактически идентичен «Ордену в Верфенштайне». После этого организация была распущена. Надо отметить, что ее активисты нисколько не пострадали. В связи с закрытием клуба остается неясным только один момент: был ли он закрыт как организация «масонского типа», или же как организация, которая некогда позволяла себе откреститься от Гитлера? Большинство исследователей вполне довольствовались сведениями о том, что «Люмен клуб» был закрыт в 1938 году. И только в книге Рудольфа Мунда можно встретить несколько крайне интересных фактов, которые ускользнули от историков. Оказывается, на протяжении нескольких лет «новые тамплиеры» игнорировали полученное предписание о закрытии клуба. И только 4 марта 1942 года ими было получено предписание из гестапо, в котором содержалось требование немедленно прекратить собрания и прочую общественную деятельность. То есть запрет 1938 года может восприниматься как сугубо формальное действие, которое фактически никак не повлияло ни на «новых тамплиеров», ни на «Люмен клуб».

Если же вернуться обратно в 20-е годы, то надо отметить, Ланц-Либенфельс в указанное время несколько устранился от ведения дел «Ордена новых тамплиеров». Однако он не собирался уходить из общественной жизни вообще. Именно в это время он распространяет свое влияние на территорию Германии, где заводит новые знакомства. Среди его новых сторонников можно выделить несколько ключевых фигур, которые, будучи формально связанными с «новыми тамплиерами», руководили собственными организациями, в которых учитывались идеи Ланца-Либенфельса. Это были Рудольф Джон Горслебен и Герберт Рейхштайн.

В отличие от многих германских ариософов, которые в основном занимались распространением традиционного арманизма Гвидо фон Листа, Рудольф Джон Горслебен (1883–1930) положил начало новому арийскому мистическому движению. Основываясь на рунах Эдды и мистических концепциях, Горслебен создал оригинальную расовую доктрину-мистерию, которая пыталась опираться на магическое наследие арийцев и оправдывала их духовное и политическое превосходство. Рудольф Джон, позже взявший себе фамилию-псевдоним Горслебен (иногда он добавлял к ней аристократическую приставку «фон»), родился 16 марта 1883 в Метце (Эльзас). Жители этой области говорили на немецком диалекте и колебались в политическом выборе между Берлином и Парижем, что подтверждает рост пангерманизма в 1890-е годы. В родных краях Горслебен очень рано познакомился с национализмом; будучи подлинным немецким патриотом, он чрезвычайно гордился своей родословной, восходящей к аристократической фамилии XIV века из Тюрингии. Накануне Первой мировой войны ему пророчили карьеру театрального актера. В это время он пребывал в Мюнхене. Здесь он предпринял попытки проявить себя в качестве драматурга. Написанная им в 1913 году пьеса снискала симпатии баварской публики. Одновременно с этим молодой человек приобщился к журналистике и начал издавать журнал, посвященный пангерманистским и националистическим идеям. Он назывался «Немецкая нация».

Когда началась война, Горслебен добровольцем записался в один из баварских полков, а затем два года сражался на Западном фронте. Затем он был переброшен на ближневосточный театр боевых действий. Он сражался в Палестине против союзников Британии. Горслебен дослужился до звания лейтенанта и был отмечен двенадцатью боевыми наградами. Во время войны он вел дневник, выдержки из которого, посвященные аравийской кампании, позже были опубликованы в немецкой прессе. Но и в этом раннем творчестве отразился его сильный интерес к мифологии и роли немецкой расы в историческом развитии.