Новые врата

Не знаю, знакомы ли вы с ними, но есть и несколько бывших игроков. Вы хотите с ними встретиться? –

Если у нас будет возможность, конечно. Учитывая, сколько всего там было игроков, скорее всего, я их не знаю. –

Встреча с Хибинеко, Холли и Шэдоу в Балмеле была поистине редким событием.

. а может и нет. ? –

Могло ли быть так, что игроки, перенесённые в этот мир, имели с ним связь?

Такая возможность уже приходила Шину в голову раньше.

Не только трое бывших игроков Балмеля , но и все бывшие игроки, с которыми он встречался до сих пор, были людьми, которых он знал.

Милт, которого он встретил во время инцидента с похищением Святой женщины. Хамельн, который использовал злую метку на Шнее, а также Хилами и Масакадо в Эркунте.

Думая о них, Шин начал задаваться вопросом, верна ли его теория на самом деле. В конце концов, он встретил слишком много людей, которых знал.

Были также игроки, которых он не знал, например, тот, кто превратился в монстра во время последнего инцидента. Шин подумал, что могут быть и другие условия.

У тебя что-то на уме? –

Да, вообще-то. –

Шин рассказал Шибаиду об общих чертах среди игроков, которых он встретил.

Хм, это был один из убийц игроков, которых расследовал Шней. Большинство из них были как-то связаны с вами, не так ли? –

Интересно. можно сказать, что они были родственниками, но в то время Шин просто убивал всех убийц игроков, которых находил. Если подумать об этом сейчас, у них не было близких отношений с Шином, в отличие от Холли или Шэдоу, они просто случайно встретились. –

Шней ответил на вопрос Шибайда после недолгого размышления.

Шин уже видел список убийц игроков, составленный Шней.

Некоторые из них он запомнил, другие не вызвали у него никаких воспоминаний. ПК он вырубал так же, как и монстров, поэтому не слишком заботился о том, чтобы запомнить каждое их имя.

По моральным стандартам его прежнего мира это был очень опасный образ мышления.

Однако в игровом мире, где не было ни полиции, ни организаций по поддержанию общественного порядка, другого пути не было.

Шин был убежден в этом даже сейчас. В эпоху игр Новые врата законы реального мира были бессмысленны.

Это так важно? –

Тиера, которая слушала, присоединилась к разговору.

Не то чтобы я хотел найти их всех до единого, но я бы солгал, если бы сказал, что меня это не беспокоит. –

Но ведь ты же не сам выбирал этих. игроков , да? Так что я не думаю, что вам стоит о них беспокоиться. –

То, что делал Шин, независимо от того, правильно оно или неправильно, всё равно находилось в рамках игры.

То, что вы могли сделать и то, что можно было делать, конечно, было разным, но в игре победа над ПК не влекла за собой никаких штрафов. Естественно, как-то целенаправленно отправить противника в другой мир, такой как игровой, было невозможно.

В этом смысле слова Тиеры были правы. Шин не сам отправлял их в этот мир и даже не думал, что это возможно.

Думаю, ты прав, но. –

Слушая тебя, у меня возникло ощущение, что это тебя втянули в это. –

Меня в это втянули? –

Комментарий исходил от Фильма , поэтому Шин повернулся к ней.

Я имею в виду, что ты вообще не должен был приходить сюда, верно? –

Это- –

Фильма и Сети присоединились к партии относительно недавно, поэтому Шин еще не рассказал им, как он пришел в этот мир. Шней, вероятно, сообщил им об этом.

Насколько он знал, единственными людьми, которые, как он знал, пришли в этот мир, были игроки, погибшие во время смертельной игры. Шин был единственным исключением.

Комментарий Фильма , возможно, недалёк от истины.

В любом случае наша нынешняя ситуация не изменится, поэтому бессмысленно больше думать об этой проблеме, если вы спросите меня. Давайте вместо этого поговорим о чем-то более конструктивном. –

Шин согласился с выводом Фильма и перестал думать о вещах, в которых не мог разобраться.

Даже если он втянет других в этот мир или будет втянут в него, настоящее не изменится.

Так что это за конструктивная у тебя тема? –

Шин отбил мяч обратно в Филму.

Дизайн ринга вы, конечно, планируете. –

Подожди, я только Шней об этом рассказал, почему ты. –

Шин повернулся к Шней, который смотрел за пределы кареты. Ярко-красный цвет ее ушей ясно объяснил, что произошло.

Она проговорилась, рассказывая мне о твоих милых днях, понимаешь. –

Ты уверен, что не ты сам заставил ее поскользнуться? –

О боже, как я мог такое сделать? –