Новые врата

Твой хозяин. Происхождение 1? –

Правильный. Ну, наши отношения отличались от твоих, так что ничего особо не изменилось даже после того, как они исчезли. Мы были созданы для борьбы с конкретными врагами, но у нас никогда не было такой возможности. остальное уже история. –

Так почему Стражи нацелились на меня? Я такой конкретный враг? –

Если Стражи действительно не знали, против чего им предстоит сражаться, Шин счел абсурдным быть их целью, поэтому он бросил критикующий взгляд на Одиннадцать.

Ничего не поделаешь, ты единственный, кто пересек границу, сохранив физическое тело. Ты единственный, кто близок к врагу, с которым нам предстоит сражаться. Большинство Стражей думают только о выполнении своей роли. Вернее, это все, что они пытаются сделать. У них есть своя воля, но они никогда не отклоняются от этого приоритета. –

Тогда что насчет нас? –

— вмешался Милт. Шин с любопытством посмотрел на Одиннадцать: он тоже хотел это знать.

Хм, интересно. Что я могу сказать, так это то, что вы, бывшие игроки, не противоречите стандартам, которые нам дали. –

Одиннадцать добавила, что наличие физического тела, вероятно, было ключевой причиной.

Ты тоже победил нашего хозяина, но это, вообще-то, не так уж и важно. Хоть мы и являемся его творениями, мы всего лишь инструменты. Я даже никогда с этим не разговаривал. –

Отношения между Стражами и Ориджин были просто одним из инструментов и творца, поэтому, очевидно, не было никаких неприязненных чувств к Шину за то, что он победил его.

Да, такое ощущение, будто парень, сидевший рядом с тобой в первый день в школе, перестает приходить на следующий день, а вы даже не обменяетесь ни словом. –

Я не знаю, откуда взялся этот пример. но я вроде как понял вашу точку зрения. Хотя тебя это устраивает? –

Шин был студентом в своем прежнем мире, поэтому пример Одиннадцати казался вполне реалистичным. Однако он не мог не чувствовать, что потеря хозяина должна ощущаться иначе.

То, как Елевен говорил об Ориджине , было слишком небрежным.

У меня нет никакого желания мести, так что мне еще сказать? Я думаю, наши отношения были уникальными, но моя преданность просто заложена в меня. Однако я не думаю, что есть другие Стражи, которые думают и действуют так же свободно, как я. –

Бьюсь об заклад. –

По сравнению с другими Стражами, которых Шин встречал до сих пор – которые даже не обменялись с ним ни словом – Одиннадцать, возможно, был слишком разговорчив. Самая большая разница заключалась в том, как он выражал свою волю.

Если подумать еще раз, действия Стражей, контролировавших Грифона и Ишкара, казались довольно механическими.

А что насчет тебя тогда? Я должен быть твоим врагом, верно? –

Я основан на монстре, меняющем форму: возможно, именно поэтому я могу думать о самых разных вещах по сравнению с другими Стражами. И вот что я сделал: я думал о вещах, которых никогда раньше не делал, представлял их. и в ходе этого процесса я осознал, что являюсь самим собой. Во мне, можно сказать, проросла совесть. Воля у меня была и до этого, но с моей нынешней точки зрения я как будто думал, но на самом деле не думал. Я просто рассеянно повторял ряд заданий. –

Одиннадцать добавил, что он просто реагировал на ситуации, используя набор шаблонов.

Но теперь я другой. У меня достаточно совести, чтобы понять, что я есть. Если бы это было не так, я бы не болтал с кем-то, кого должен устранить. –

Тон голоса Одиннадцати понизился. Выражение его лица, естественно, не изменилось, но он был явно серьезен.

Честно говоря, я не считаю тебя врагом. В конце концов, у меня нет четкого представления о том, кто наши враги. Почему те, кто приезжает с другой стороны границы, являются врагами? Почему мы должны с ними бороться? Я не знаю. Нынешний я не стал бы драться по таким непонятным, несуществующим причинам. Однако у других Стражей таких сомнений нет. Они видят во мне ненормальность и пытаются стереть меня, потому что у меня есть эти сомнения. У меня нет намерения умирать вот так, даже не зная почему. –

Одиннадцатый сказал, что он был чьим-то творением. Однако в этих словах Шин почувствовал присутствие своей искренней воли.

. понял. Я принимаю ваше предложение. –

Действительно? –

Да. Только одно: эта личность Аида находится в доступном даже нам месте, я надеюсь? География этого мира изменилась после Заката Величия. Старые карты сейчас практически бесполезны. –

Тебе не стоит об этом беспокоиться. Я уверен, что это место, до которого вы точно сможете добраться. хотя я не знаю точно, где оно находится. Ведь мы не можем пойти туда и проверить. но я чувствую, где находится это существо: это половина моего создателя. Даже если я буду сражаться против других Стражей, я никогда не ошибусь. –