Новые врата

Марино становился единым целым с Тиерой.

Из-за этого, возможно, у Марино исчезла совесть.

Тиера унаследовала способности Марино.

Был высокий шанс, что Шин сможет вернуться в свой родной мир.

Это так. –

Выслушав Шина, Шней посмотрела вниз, прикрывая рукой рот. Вполне возможно, что ее хозяин уйдет навсегда. Для нее это не могло быть приятной перспективой.

Шин не знал, что сказать. Шней, вероятно, успокоился бы, если бы сказал ей, что собирается остаться в этом мире, но его сердце было не настроено. Он не мог ничего сказать легкомысленно.

Мой господин. –

Все еще глядя вниз, Шней схватила спортивный костюм Шина и уткнулась головой ему в грудь.

Я хочу, чтобы ты остался. Для нас. для меня нет никого, кроме тебя. –

Слова Шней едва были слышны. Ее спина слегка дрожала.

Шнее. –

Я знаю, что это эгоистично. Но даже в этом случае я хочу, чтобы ты остался здесь, Шин. –

Шин был удивлен.

Прошло несколько дней с тех пор, как Шней потеряла память. Однако ее реакция сейчас была слишком похожа на ее прежнюю реакцию. Возможно, это произошло из-за благословенной метки, или эффект проклятой метки уменьшился. Это еще не было ясно видно, но Шней возвращался в нормальное состояние.

Шин просто молча ждал. Шней отпустил спортивный костюм и посмотрел на него. В ее глазах что-то светилось.

. . Я прошу прощения. Я на мгновение потерял контроль. –

Это моя вина, что я пока не смог найти ответ. Вам не нужно об этом беспокоиться. –

Нет, для такого слуги, как я, ограничивать действия моего господина – это верх высокомерия. –

Тебе не нужно заходить так далеко, ладно? О да, тебе не о чем со мной поговорить? –

Было бессмысленно говорить ей, чтобы она больше не беспокоилась об этом, поэтому Шин решил сменить тему.

Я несколько раз реагировал на слова, которые, как предполагалось, глубоко заботили настоящего меня, не так ли? Когда ты использовал благословенную метку, ко мне вернулись кое-какие воспоминания, хотя и очень небольшие, поэтому я подумал, что если поговорю с тобой, то смогу вспомнить больше. –

Вероятно, она имела в виду случаи, когда она испытывала внезапные головные боли или резко чувствовала себя плохо.

Я понимаю. Сколько всего вы запомнили. Наверное, трудно выразить словами. Например, какие вещи вы запомнили? –

Шин пытался спросить разными словами.

В основном мелкие события, произошедшие до вашего возвращения. Но больше всего я запомнил свои чувства к вам, милорд. нет, Шин. –

Твои чувства ко мне? –

Теперь она была такой же, как прежняя Шней. Шин был рад узнать, что она помнит о своих мыслях о нем.

Как и я сейчас. есть Шней, твой слуга, и Шней, который любит тебя, вместе в одном теле, я бы сказал. Просто находясь с тобой вот так, я наполняюсь неописуемой радостью. Еще. –

Слова Шней остановились на полуслове.

Ее руки молча потянулись, чтобы коснуться щек Шина. Медленно, словно прикасаясь к чему-то опасному, ее пальцы провели по его щекам, словно желая убедиться, что он действительно здесь.

Часть меня думает, что если я действительно дорожу тобой, мне следует тебя отпустить. Часть, которая думает, что я должен отказаться от этого счастья. –

Я в замешательстве, в противоречии. Так продолжил Шней.

Просто прикоснуться к тебе – это что-то вроде чуда, но мне хочется большего. –

Я хочу, чтобы меня любили. –

Платье Шней упало с ее плеч. Обнажилась ее полупрозрачная ночная рубашка, которую Шин никогда раньше не видел. Лунного света из окна было достаточно, чтобы Шин мог ясно видеть Шней. Это привлекло его интерес с тех пор, как они были за пределами комнаты, но теперь, когда силуэт Шней был так ясно перед ним, Шин не мог не сглотнуть.

Вы взволнованы? –

Лицо Шней было близко. Голос, который он должен был слышать, теперь имел чувственный оттенок.

Что ты. –

Ты хочешь сказать, что не понимаешь? –

Взгляд Шней ясно выражал то, что она никогда в это не поверит.

Она обняла Шина и прижала свое тело к нему. Растерянный Шин легко упал под ее весом. Ее лицо было близко, он чувствовал ее теплое дыхание. Гравитация прижала ее блестящие серебристые волосы к лицу Шина, заставляя его видеть только Шней.

Однако это было еще не все: грудь Шней тоже прижималась к груди Шина. Эта мягкость в сочетании со стоном ликования, изданным Шней, когда они упали вместе, сильно ударила по способности Шина к рациональному мышлению.

Шней, что с тобой происходит, правда- –

Шину удалось не увлечься настроением и убрать от себя Шнее. После недолгого сопротивления ее руки тоже отпустили.