Новые врата

Даже ты говоришь боевые подвиги. есть только Балмель, да? Было ли это действительно настолько особенным? –

Итак, Шин спросил Хилами, думая, что должны быть и другие известные искатели приключений. Он чувствовал, что она слишком преувеличивает.

Гильдии делятся информацией о феномене наводнений монстров из Священных Земель. Более того, событие, в котором вы приняли активное участие, было классифицировано как Великое потоп , что во много раз масштабнее обычных. Никогда еще в истории человечества такое событие не проходило без жертв. Когда информация была впервые обнародована, существовало множество теорий о том, кем мог быть этот искатель приключений по имени Шин. –

Кстати, подвиги таких авантюристов, как Шэдоу и Хибинеко, были в основном ожидаемыми: в отличие от Шина, их имена несколько раз попадали в центр внимания, поэтому люди больше не удивлялись их действиям.

То же самое было и со Шней: ее подвиги считались естественными для человека ее славы.

Ах я вижу. Внезапно появившийся новичок, они так это видят? –

Твой ранг авантюриста в то время тоже был очень низким. В Балмеле появился таинственный могущественный воин, так все говорили. Из-за расстояния мы можем получить только официальную информацию о гильдии. В конце концов, в этом мире нет Интернета или чего-то еще. –

То есть, даже если там, откуда пришла информация, становится тише, в далеких местах об этом все еще говорят в городе, так? Хорошо, что я не вытащил Какуру на улицу. –

Какура был оружием, которое легко выделялось, даже если его просто носить с собой. Шина обязательно бы заметили, если бы он просто надел его на публике.

Если да, то разве не проблема проявить особое отношение к Лекусу и остальным? –

Нет, они ведь просили об этом. До сих пор мы не могли их достаточно обучить, поэтому, пожалуйста, позвольте им на этот раз использовать свою силу в свое удовольствие. –

Очень немногие в институте могли тренировать трех вундеркиндов на полную мощность: только Хилами, Масакадо и несколько других. Избранные поступили в институт, но немногие решили остаться преподавателями. Даже если бы они это сделали, они обучали только своих учеников.

Не могли бы вы нанять отставных авантюристов? –

Если они действительно опытны, страны или гильдии доберутся до них первыми. Даже если они хотят подготовить преемников, эффективнее взять учеников. Очень немногие люди готовы просто обучать кого-либо своим навыкам. –

Для искателей приключений отточенный ими боевой стиль был преимуществом: они не отдали бы его кому попало.

Ведь никто не знает, чем будут заниматься студенты института после прохождения обучения. –

Некоторые станут авантюристами, а другие пойдут в армию. Также существовала возможность того, что они изменят свои стремления и захотят стать исследователями. Институт просто передавал свои знания, каждый сам решал, будет ли он использовать их на практике или накапливать.

Я обращался и к бывшим игрокам, но они всегда отказываются, даже не задумываясь. Полагаю, это не очень привлекательная позиция. –

Чем больше она говорила, тем сильнее впадала Хилами в депрессию. Были бывшие игроки, которые сформировали гильдии, чтобы помочь новым игрокам в эпоху игры, поэтому она связалась с ними.

Однако очень немногие бывшие игроки заявили о себе как о таковых; Шин тоже не мог сказать, не был ли он уже знаком с ними. Из-за этого Хилами не удалось связаться со многими.

Теперь, когда я думаю об этом, пока они не планировали это с самого начала, немногие люди в этом мире подумали бы о том, чтобы стать учителями. если бы у них была работа, связанная с битвой, они бы стали авантюристами или военными, если бы были у них творческие, они бы открыли свой магазин или мастерскую. –

Если бы обстоятельства сложились иначе, Шин, вероятно, подумал бы то же самое. Он также не думал о том, чтобы стать учителем.

Таких школ тоже не так много, что тоже может сыграть свою роль. –

На дальнейшее обучение нужно много денег, поэтому студенты обязательно происходят из богатых семей. Я видел несколько подобных заведений. –

Шней добавила к словам Шина свои комментарии. Для существования института требовались финансовые ресурсы. Институт Эркунт собирал средства за счет проведения собственных исследований и технологических разработок, сохраняя плату за обучение на достаточно низком уровне, чтобы не очень обеспеченные студенты тоже могли посещать его. Однако другим школам это было нелегко сделать.