— А теперь, — Белая госпожа хлопнула в ладоши, — теперь самое главное! Тушенные медвежьи лапки! Съедим же того, кто мечтал съесть нас!
Белая дама ласково улыбнулась Сыну:
— Обычные звери — добыча сильных. Но на Севере есть хищники, битвы с которыми прославляют в песнях. Мы празднуем, когда их побеждаем, но и гибель от их когтей — честь для северного охотника. Когда-то великаны думали идти войной на хищных зверей и истребить всех. Но я убедила их не делать этого. Убедила защищать свой дом, и не мешать другим существам жить свободно и вольно. И вот теперь мы можем воспевать красоту битв, прославлять достойных… Ах, я заболталась! Кушай же, радость моя!
К благоухающему мясом и вином блюду подали маленькие овощные лепешки, и мальчик вновь ощутил, как еда во рту взрывается множеством вкусовых оттенков…. Когда они садились за стол, Сын волновался, что боль может помешать ему есть, боялся обидеть хозяйку… Страхи оказались напрасны.
— Невероятно, — пробормотал он, чуть ли не со слезами глядя на сидящую рядом с ним прекрасную даму.
— Тебе нравится? Я так рада! Ах, Ветр, какой у тебя храбрый и красивый сын! Налейте нам кубки! Ты женат, радость моя?
— Госпожа, он еще ребенок! — поперхнулся Ветр.
— В самом деле? — рассмеялась хозяйка.
— Мне пятнадцать лет, госпожа, — пробормотал покрасневший Сын.
— Никогда бы не подумала... Но я так мало общаюсь с людьми… Что ж, тогда принесите мальчику горячего шоколада! И мороженое! И вазочку с рахат-лукумом!
Обворожительно улыбнувшись Ветру, Госпожа вновь обернулась к Сыну.
— Но подружка ведь у тебя есть? Девочка, которая будет твоей королевой?
Ветр аж поперхнулся.
— Обвалы и оползни!..
— Ах, прости! Конечно... Я же слышала... Вашим королем стал сын Франциска? Тот юный мальчик, который ни разу не был на Севере? Сколько ему сейчас? Семнадцать?..
— Около сорока.
— В самом деле? Так много лет прошло?.. Но этот... как его? Коль? Он ведь стал настоящим королем, правда? Вы им гордитесь? — Белая госпожа вновь обернулась к мальчику. — Он хороший охотник?
— Он не охотится, — хмыкнул Сын, покосился на отца, замолчал и взял еще кусочек рахат-лукума.
— Коль — сын Франциска, — весомо повторил Ветр. — Он чтит законы Нарнии и не охотится. Но зато охотимся мы! А Коль возглавляет земледельцев и пастухов, строит наш замок...
— Но он понимает ваши нужды? Он сильный? Хорошо сражается? — Белая госпожа перевела взгляд с Ветра на Сына и покачала головой. — Нет, я, видимо, не пойму, это что-то совсем нарнийское… Мне-то казалось, правитель должен уметь вести за собой, должен быть храбрый, мудрый и сильный… Как ты или твой сын… Ладно, ладно, не буду! — Воскликнула она, не давая Ветру возразить. — Лучше поговорим о вас. Скажи, мальчик, так есть у тебя подружка?
— Ну… — Сын покраснел.
— Оо, вижу, что есть! Кто же она?
— Мне нравится одна из девочек… — выдавил Сын. — Она такая… Смелая, дерзкая… Но… Но я… Я…
— Так надо спросить! — засмеялась дама. — Вот, вернешься с Севера, привезешь шкуру белого медведя, расскажешь о своих подвигах, а потом скажи ей, что она тебе нравится и… Знаешь, подари ей вот это. — Дама сняла с тонких пальцев кольцо из белого металла, украшенное сверкающими, как лед, камешками. — Бери, бери. Ах, Ветр, какой он у тебя все-таки хорошенький! Даже завидно… Ах, ты не представляешь, как я разозлилась, когда поняла, что ты больше не придешь. Думала, никогда тебя не прощу! А сейчас смотрю на вас…
Она махнула рукой и отвернулась от Ветра. Над столом повисло неловкое молчание. Сын растеряно смотрел на прекрасный профиль, застывший, словно высеченный из мрамора....
— Ой, отец! У нее же лицо той статуи! Я думал, я брежу, я же не мог видеть госпожу раньше!
— Ты все-таки ее сделал, Ветр? — Белая Дама попыталась поймать взгляд мужчины, но тот опустил голову, и Сын с запозданием вспомнил, что обещал никому не говорить о статуе. — Спасибо тебе за добрую весть, мальчик! Но… Ветр, ты же понимаешь, как все изменилось? Я ничего не могу сделать, когда статуя так близко к Дереву! Ты знаешь, что я люблю Север, но я заперта здесь, точно пленница! Я так надеялась, на твою помощь!.. Ветр, ведь и теперь не поздно! Если статуя окажется за границей Орландии… Ты же знаешь, я в долгу не останусь!..