При этих словах взгляд Аслана остановился на Ветре и Дубе. Ветр невольно опустил глаза и сжал рукой мешок с инструментами...
— Король Орландии! — продолжал великий лев. — Сорви плод с Волшебного дерева, как 180 лет назад его сорвал мальчик из мира Праотцев. Ты посадишь плод там, где решишь основать столицу, и покуда Дерево живо, Колдунья не сможет войти в вашу страну.
Словно во сне, Коль подошел к Белой Яблоне. Сияющий плод сам упал в протянутую ладонь. Яблочный дух кружил голову, как легкое вино...
— Подойди ко мне, дитя, — окликнула мальчика королева Елена. — Не думала, что ты так рано вылетишь из гнезда… Будь же мудрым и справедливым правителем. Слушай свое сердце, слушай советы тех, кто тебя любит, и никогда не забывай о Нарнии.
Коль подошел к королеве, та обняла сына, нежно поцеловала в русую макушку и протянула льняной мешочек — для яблока.
Франциск I поднялся с трона. Все что он мог посоветовать юному сыну, отправляющемуся в чужую страну, было сказано еще вчера. Теперь король лишь коротко обнял Коля:
— Иди, сын, — произнес он. — Будь мужественен и помни, что все мы между лап Льва.
— Дети королей и вы, нарнийцы, — Аслан обвел взглядом собравшуюся толпу. — Кто из вас принял решение идти на Юг?
— Мы, Аслан! — юная Ива вновь вышла вперед. За ее спиной с серьезными лицами замерло трое мальчишек и девочка.
— Мы друзья Коля и пойдем с ним хоть на край света! — подхватил кудрявый темноволосый Перидан, чьи остренькие черты лица и большие выразительные глаза выдавали кровь фавнов.
— Мы станем королевской гвардией! — басовито подтвердил Тран. Стоящие рядом с ним Перидан, Том и Липа отсалютовали деревянными мечами.
— Хорошо, — кивнул Аслан. — Защищайте вашего короля и защищайте вашу страну. Мастер Гриффл, будь так добр, подбери мечи для Короля и его воинов!
Гриффл кивнул, а из толпы вышел сын Франциска III — длиннобородый Ним, чьи волосы серебристыми струями падали ниже плеч, выдавая в нем кровь наяд. На груди его голубой рубахи была вышита серебряная книга: Ним очень любил читать.
— Владыка мой Аслан, государи и государыни! — воскликнул он. — Моя Нэнси, — Ним обернулся к невысокой полной женщине в кружевной блузке, стоявшей в окружении детей и внуков, — как услышала, что в Орландию одна молодежь собралась, так и вцепилась в меня, мол, надо с Колем идти. Мы с детьми подумали и решили все переехать, поддержать их юное величество… — Ним повернулся к Колю, поклонился так, что его борода коснулась яркой мозаики. — Как сказал Шекспир: «И я сложу всю жизнь к твоим ногам И за тобой пойду на край вселенной»[1].
Коль изумленно уставился на своего одногодку Шекспира — внука Нима.
— Это не тот Шекспир, — шепнул Аслан, и Колю показалось, что лев улыбается. – Это поэт, из мира праотцов.
Ним прижал руку к груди, туда, где на его голубой рубахе была вышита книга.
— Ишь ты, — проворчал Дуб. — Интересно, как мы уживемся рядом с этой книжной премудростью? Ты меня слышишь, Ветр? Где ты сегодня витаешь?
Большеносый охотник пожал плечами:
— Все я слышу. Зато будет теперь кому детей учить. Не все же им по горам бегать…
— Благодарю тебя, Ним, — раздался голосок Коля. — Можно он станет моим советником? — обернулся мальчик к Аслану.
— Ты — король. Тебе и решать, — мягко ответил лев.
— Ним, я назначаю тебя королевским советником! — звонко провозгласил Коль.
Из толпы выступил огненно-рыжий гном Брик.
— Мы с братьями тоже решили ехать в Орландию!
— Благодарю вас, гномы! — обрадовался мальчик, отыскав глазами двух братьев и жену Брика. — Орландии понадобится ваше мастерство! А мы всегда будем рады разделить с вами наш урожай!
Гном неспешно поклонился в ответ:
— Мы выкопаем тебе колодцы, юный король, сделаем камины, поможем в других делах. Но пусть орландцы не забывают, чья это работа — Брик вскинул топор, и лезвие ярко блеснуло в солнечных лучах. — Мы хотим сами давать имена колодцам и оставлять знак семьи на ваших каминах!