Дальнейшее Гесси помнил небольшими эпизодами. Свой кулак, летящий в изумленное лицо Дробича; Инквизиторов, повисших на его плечах; самого себя, изрыгающего сплошное сквернословие непонятно, в чей адрес; свой бег по вечерней улице и комнату, в которую он ввалился, не постучав.
Велира, стоя у стола, перебирала какие-то бумаги. Услышав стук отворившейся с размаху двери, она повернулась, удивленно вскинув темные брови, и тут же оказалась в крепких объятиях Олафа.
— Нет! — хрипло шептал он, прижимая ее к своему телу. — Нет, Вель, не надо этого делать! Ты тоже пожалеешь, потом пожалеешь, когда нельзя будет исправить! Ты моя, Вель! Ты моя, а я твой! И больше никак не получается!
Нетерпеливыми руками он срывал с нее одежду, успевая раздеваться сам, укладывал обнаженную на постель, накрывая своим телом. Губами и руками ласкал ее, нежно и жадно касаясь волос, плеч, упругой груди, бедер. Он словно заново изучал такое знакомое тело, которое знал до самой маленькой родинки под коленкой. Всей своей обнаженной кожей он наслаждался прикосновением к желанной женщине, магические потоки их Дара слились, они словно плавали в их невесомости, остро ощущая чувства друг друга. Протяжный, сладкий стон вырвался у девушки и Гесси содрогнулся от блаженной разрядки, вжимаясь бедрами в нежное женское тело.
Он не мог решиться выпустить ее из своих объятий, так и лежал, опутав ее своими руками и ногами, уткнувшись носом в растрепанную макушку. И лишь спустя несколько долгих минут чуть отстранился, готовясь встретить ледяной взгляд, но увидел тихую, расслабленную улыбку и принялся нежно целовать припухшие губы, спускаясь ниже. Сумасшедший порыв страсти утих, настало время повторить все, не торопясь.
Спустившись утром, чтобы заказать завтрак в комнату, Гесси встретил ненавидящий взгляд Натана Дорича, сидящего за столом и ожидающего своего заказа. Шагнул к Инквизитору и проговорил:
— Не злись, Натан и прости. Не могу я ее отпустить.
Больше они ни о чем не говорили и даже встречаясь на зачистках, избегали любых разговоров, кроме необходимых по работе.
Первенец Гесси, малыш Ян, своим рождением открыл новую, ранее незнакомую им с Велирой сторону жизни. Заботиться о крошечном ребенке, в венах которого соединилась их кровь, оказалось таким приятным делом, что Олаф сам себе признался — в реальности все еще прекрасней, чем он представлял в своих мечтах. Сероглазый мальчик пленил его сердце с самого первого взгляда, как когда-то сделала его мать. Гесси сам купал ребенка, разучил несколько колыбельных песен и напевал их сыну перед сном, покупал ему яркие игрушки и возился с ним все свое свободное время. Велира порой изображала озабоченность, что ребенок, пожалуй, считает, будто у него нет матери, а есть только отец. Когда через полтора года в их семье появилась Дина, Велира опасалась, что ей достанется меньше любви, чем брату, однако к ее великому облегчению, Гесси умел любить, как никто другой. Его любви и заботы хватило и на любимую дочь и на второго сына, Кира.
С рождением детей и Олаф, и Велира стали постоянно видеть одинаковые сны. Незнакомый мир приходил к ним, поражая своей реалистичностью. Этот мир был прекрасным, там не было постоянной угрозы, не рвались из иных миров монстры, жаждущие крови. В покое и безопасности люди того мира созидали, любили, работали, путешествовали, они сами жили среди этих людей, там был их дом.
Гесси видел себя, свою семью с равнодушным отцом и презирающей его, собственного сына, матерью. Он рос, учился, сражался в битвах, работал и встретил там свою единственную, безнадежную любовь.
Велира тоже проживала яркую, полную событий жизнь; она любила, теряла свою любовь, мучилась от своей потери и находила смысл своей жизни снова. Она жила среди интересных, замечательных людей, видела много необычного и причудливого.
Все это казалось странным, но не вызывало беспокойства до тех пор, пока у них не стали появляться новые умения и знания, которых прежде не было и не могло быть. Однажды на зачистке Олаф применил заклинание, невесть откуда всплывшее у него в голове. Оно оказалось настолько эффективным, что от группы прорвавшихся чудовищ осталась только серая пыль. Старший Инквизитор потребовал обучить ему поочередно все группы, но так и не смог выпытать, откуда у Гесси такое знание. В другой раз он, орудуя мечом, показал несколько новых приемов и это тоже не укрылось от окружающих. К тому же Велира, которая после исполнения Киру одного года вышла на работу, оставляя детей на попечение няни и гувернантки, в одном из прорывов окруженная тварями, вдруг взлетела над ними и сверху обрушила удар огромной мощи, уничтожив всех монстров до единого.