Преподобный был настолько милостив к братьям, что даже самые необходимые инструменты отдавал испытывавшим в них нужду, причем с такой радостью, как будто получал их. О хлебе же и прочей пище излишне и говорит настолько щедро он их раздавал, особенно, когда в них испытывали нужду больные. Супруга же его радовалась этому так, как будто раздавала сама. Говорил при этом преподобный, что миловать должно с рассуждением, и только тех. кто достоин милости, но нельзя давать то, что приобретено неправдою. Если же кто не творит милости, то должен хотя бы сносить несправедливость обижающих его, умоляя за них Бога. Милостивым должен быть и сам помилованный. А если увидит или услышит что–то, что печалит брата его, и сердце его тоже опечалится, то Бог вменяет это за милость. Если кто–то обругает или заушит кого, а тот, устыдившись, не обратится против него и не опечалит его, но отнесется к нему с кротостью и долготерпением, то это то же самое, что и истинная милость.
Своей же супруге преподобный говорил так:«Благотворящий другим уподобляет себя Богу. Любовь к ближнему познается не только в раздаче денег, но намного более в слове утешительном и служении телесном. Хорошо благотворить всем, но более всего тем, кто не может воздать. Авраам, сидя перед своей скинией, приглашал путников без всякого различия и оказывал им гостеприимство. Потому он сподобился принять не только Ангелов, но и их Владыку. Если кто может оказать кому–то благодеяние и не оказывает, то обижает его, а себя подводит под осуждение Владыки. Итак, мы должны с ревностью благотворить всем».
Случилась однажды непогода: сверкали молнии, гремел гром, лил сильный дождь, а преподобный в это время сидел перед домом. Подошел к нему один путник, уставший от дороги и холода и, глядя на него, спросил:«Господин, где здесь дом Кириака Милостивого?«Удивившись его словам, он сказал:«Я Кириак, но кто милостивый, я не знаю. Ответь мне ради Господа, почему ты так сказал?«И благочестивый тот муж отвечал: «Поскольку я неожиданно впал во многие искушения и в безумии погрузился во глубину от помыслов себялюбия, то просил Бога презреть мои грехи и показать мне образ защиты и спасения. Тотчас же явился мне воин, прекрасный видом, на коне, и сказал:«Не печалься, потому что Бог позаботится о тебе. Ступай в селение и спроси дом Кириака Милостивого, он даст тебе покой». Вот что сказал мне воин, а больше я ничего не знаю, потому, господин мой, я и спросил тебя». Преподобный вошел в дом, налил в умывальницу воды, чтобы омыть гостю ноги, но тот, поняв его замысел, не дал. Преподобный же на это заметил:«Подумай, брат, Кто умыл ноги Своим ученикам, и какие страшные слова были сказаны Петру, из благочестия не дававшему Господу сделать это». После этих слов гость послушался, и преподобный умыл ему ноги, как привык поступать с гостями. Он также дал ему смену одежды и, накрыв стол, угощал гостя и радовался со всей своей семьей, прославляя Бога.
Однажды преподобный безмолвствовал в своей келье, а дочь его играла с подругой. Не без наущения диавола девочка бросила камень и выбила дочери правый глаз. Мать ее, сильно испугавшись, стала возмущаться и ругать девочку и ее родителей. Выйдя из кельи, преподобный не произнес ни одного плохого слова, но благодарил Бога с теплыми слезами, считая себя самого виновником такого несчастья. Супруга называла его жестокосердным, а дивный Кириак стал наставлять ее, приводя множество изречений из Священного Писания и житий святых. Так, с помощью Божией, ему удалось смягчить гнев жены и привести ее в мирное устроение. Он убедил ее примириться с родителями той, которая ослепила их дочь, и простить девочку, которая сделала это не нарочно.
Любил преподобный посещать церкви. В течение всего года каждую пятницу он пешком ходил в Константинополь, чтобы поклониться Влахернскому храму Пресвятой Богородицы и облобызать Ее святую икону, а по окончании ночного славословия снова возвращался домой, проходя примерно тридцать или сорок миль. «Преподобный рассказывал мне, — говорит автор жития, — как радовался он ходить по той дороге весной и осенью, и как страдал в зимнее время. Добавлял он и следующее:«Горе тому, кто страдает от двух зим, от холода и голода. Если же его теснят вериги и он утесняет себя бдениями, то беда эта становится в три раза горшей».
Однажды в стране, где жил преподобный, начался сильный голод, от которого многие умерли. Вскоре и он лишился самого необходимого, осталось лишь немного хлеба для жены и детей, и Кириак голодным отправился в Константинополь. Пройдя восемнадцать миль, он ослабел от предыдущего поста и трудностей пути. Тогда преподобный стал просить Бога дать ему силы жить не только хлебом, но и словом Божиим духовным. И человеколюбивый Господь, сказавший:«Се, работающие мне, едят, и пиют, и возвеселятся», указал преподобному на свежий хлеб, лежавший на камне, и сосуд воды. Сотворив молитву, он сел, вкусил хлеба и попил воды, после чего встал и поблагодарил Бога. Придя во Влахернский храм Богородицы, он возблагодарил Ее и Сына со слезами и радостью духовною.