Сказав это и многое другое, епископ Епифаний созвал всех находившихся на корабле людей.
— Братия, нужно от всей души просить Бога сохранить нас, чтобы никто из нас не погиб, потому что будет сильный шторм. Но радуйтесь, ибо никакая печаль не приблизится к вам, — наставлял он всех стоявших здесь. — Чадо Поливие, если мы прибудем в Констанцию, побудь там семь дней, а затем ступай в Египет, в верхнюю Фиваиду, пасти овец Христовых. Будь осторожен, не поступи иначе, потому что если ты не послушаешь меня и не пойдешь, тогда погубишь и то, что построил, и будешь бесполезен для всех. Если же исполнишь мои слова и заповедь Господа нашего Иисуса Христа, которую Он велел мне тебе передать, будешь благословен перед Ним во все дни жизни своей, — обратился он ко мне и обнял меня. — А ты, чадо, оставайся в Констанции до тех пор, пока не будет тебе указа идти в страну киттийцев, — посоветовал чудотворец Исааку. — Не бойтесь, дети, что будет сильное волнение на море, но попросите Бога, и Он вам поможет, — ободрил он матросов. — А ты не искушай, чтобы не быть искушенным самому, — вразумил угодник Божий одного матроса.
Тогда был одиннадцатый час дня, а когда солнце уже садилось, на море разыгралась буря. Святой лежал в корабельном трюме с распростертыми руками и Евангелием на груди. Глаза его были открыты, но голоса не было слышно. Мы все сильно испугались, и думали, что он молится Богу, чтобы утихла буря. Однако буря продолжалась двое суток, на третий день архиерей Кипра сказал мне:
— Чадо Поливие, передай морякам, чтобы они развели огонь и нажгли угля, а потом принеси сюда.
Когда я отдал уголь и положил на него ладан, блаженный просил нас всех усердно молиться, и сам стал творить славословие, а после, устремив взор ввысь, произнес:
— Спасайтесь, чада, потому что Епифаний вас уже больше не увидит в этой жизни.
И в ту же минуту божественный авва предал дух, а буря тотчас же успокоилась. Пав ему на шею, мы с Исааком горько плакали, и очи наши окутала тьма. Тот моряк, которому святой велел «не искушать, чтобы не быть искушенному» упал в ноги святому, и хотел поднять его одежды, чтобы посмотреть, был ли Владыка обрезанным. Но архипастырь, будучи мертвым, поднял правую руку и ударил его по лицу, так что тот отлетел к корме и лежал там как мертвый два дня. Затем прочие моряки перенесли его к преподобному и, как только он коснулся его ног, то сразу же встал в здравии, а на всех находившихся на корабле напал страх.
Когда мы, с Божией помощью, прибыли в Констанцию, моряки сошли с корабля и, обходя город, громогласно возглашали:
— Мужи братия, жители многочисленной митрополии Констанции, спускайтесь к морю, чтобы забрать честные мощи преподобного отца нашего Епифания, потому что он окончил земную жизнь.
И тогда напала тьма на весь город, и люди, ведя один другого под руки и сотворив великий плач и рыдание, спускались к морю. Когда в порту собрался весь клир и народ, то с лампадами, фимиамом и псалмопениями стали поднимать мощи святого и понесли их в церковь, чтобы весь народ смог проститься со своим архипастырем.
Услышав о кончине Владыки, все крестьяне той стран почти все жители острова Кипра с великим тщанием пришли, чтобы поклониться ему. Захотели почтить память архиерея и три слепца из местечка Скортики, однако у них не было провожатого. Тогда один из них, по имени Просехиос сказал:
— Святой Епифаний, дай свет очам нашим, чтобы мы смогли прийти и поклониться честным твоим мощам.
И тотчас же — о чудо! — все трое прозрели и без посторонней помощи прибежали поклониться владыке Констанции, благодаря его и одновременно рассказывая о случившимся с ними чуде. Многие в тот день прославили Бога, Который позволяет творить такие чудеса Своим достойным рабам.