Фло, кажется, тоже было не по себе. Оскар решил, что подобному трактиру место скорее в Бронзовой долине – так здесь было темно, убого и грязно. В зале теснились несколько колченогих столиков, у бара уместилось всего четыре стула. Повсюду валялся мусор. На тусклых светильниках лежал слой пыли, а грязные бутылки на прилавке не вызвали у Оскара воодушевления – даже несмотря на жажду.
Впрочем, ничего удивительного. Ведьма Тряппенштик в «Ресторанном путеводителе по Драконову пику» тоже дала трактиру не слишком высокую оценку. Рядом с каждым заведением был указан рейтинг – от одного до пяти горшочков. Один горшочек – «отвратительная кухня», пять – «пальчики оближешь».
И только в рейтинге трактира «Логово дракона» были нарисованы не горшочки, а череп с перекрещенными костями! А всё потому, что усатая ресторанная критикесса по имени Гортензия, которая работала на Тряппенштик, отведала здесь картофельного пюре и выжила только благодаря счастливой случайности. Единорог боднул её в живот – разумеется, из чистой вредности, а не из милосердия – и тем самым нечаянно спас жизнь: пюре вновь вышло на свет божий.
В трактире было всего трое посетителей: два эльфа у барной стойки, которые о чём-то шептались, прихлёбывая вино из внушительных бокалов, и человек с длинными каштановыми волосами – он уже шёл к выходу. Несмотря на летнюю жару, на нём было тёмно-зелёное пальто до колен.
– Вы позволите? – дружелюбно спросил он.
Оскар посторонился.
– Спасибо! – улыбнулся гость.
– Пожалуйста.
Перед тем как выйти, человек шепнул ему кое-что ещё. Очень-очень тихо. Чтобы никто больше не слышал.
– Возьми дракона в небо!
– Какого дракона?! – Оскар бросился за ним следом, но на улице уже никого не было. Только единороги по-прежнему третировали лошадь. А человек в зелёном пальто исчез. Словно сквозь землю провалился.
– Эй, что случилось? – Из трактира выглянула Лизбет. – Скорее заходи внутрь!
Оскар вернулся в «Логово». Все его мысли теперь занимал странный незнакомец. Что он сказал? «Возьми дракона в небо»? Или Оскару послышалось?
– Что с тобой? Ты какой-то бледный! – Лизбет озабоченно поглядела на мальчика.
– Нет-нет, всё нормально, – заверил её Оскар. – Просто тот странный человек сбил меня с толку…
– Какой человек? Я никого не видела.
– Ну как же! Он только что был здесь! В зелёном пальто! Темноволосый такой! Мы зашли, а он вышел…
Спутники озадаченно смотрели на Оскара.
– Вы что, его не заметили?!
Горанд, Фло и Лиззи переглянулись.
– Я точно никого не видел! – заявил Фло с округлившимися от удивления глазами.
Лиззи пожала плечами. Горанд недоверчиво разглядывал Оскара.
«Неужели я схожу с ума? – подумал мальчик. – Значит, мне почудилось? А может, видеть его могу только я?»
Оскар вздохнул. Ерунда какая-то! Должно быть, солнце голову напекло. Или от жажды померещилось. Да, наверняка так и есть. Надо бы отдохнуть и попить.
Но…
– Возьми дракона в небо! – пробормотал Оскар.
– Что ты сказал? – переспросила Лизбет.
– А? Нет-нет, ничего. – Мальчик поспешно мотнул головой.
– Посидите здесь в уголке, сейчас принесу попить! – велел Горанд. На этом, к облегчению Оскара, тема была закрыта.
Ребята сели на скамейку под картиной, на которой была изображена битва огненно-красного дракона и принца с золотистыми локонами.
Трактирщику на вид было столько же лет, сколько и дедушке Оскара. Старик стоял за стойкой и грязной тряпкой протирал стаканы. Затылок его прикрывала шерстяная шапка с закатанными краями.
– Горанд! Это ты?! – крикнул старик, когда великан подошёл к стойке. – Каким ветром тебя занесло в город, старое драконье пугало?!
– Здорово, Волк! По тебе соскучился, вот и пришёл! А ты всё так же людей травишь? – Они сердечно обнялись. Оскар заметил, что у трактирщика на руке не хватает двух пальцев. – Напоишь нас?
– А как же! Вам чего?
– Два медовых напитка и два ягодных сока. И неплохо бы в чистых стаканах.
Волк закатил глаза:
– Какие ещё чистые стаканы?! Ты что, принцесса?! У меня отродясь таких не водилось!
– Так и знал! – вскричал Горанд. – И точно: если стакан к стойке не приклеится – его тут сразу прикарманят!
Оба от души расхохотались. Оскар не верил своим глазам. Он ещё не видел, как Горанд смеётся.
– Лизбет! – воскликнул трактирщик, заметив девочку, и вышел из-за стойки, слегка припадая на деревянную ногу. – Ради единорогов, почему ты до сих пор якшаешься с этой дубиной стоеросовой?! Он же грубиян, каких свет не видывал!