– Ничего не изменилось, – сказала Нина. – Я хочу узнать.
Пенелопа нахмурилась и, наклонившись к Нине, прошептала:
– Фраза «В Каруде причастность к тёмным неестественным делам входит в состав преступлений против народа» тебе ни о чём не говорит? За интерес к таким вещам у нас могут запросто арестовать! Вот вчера, например, у меня на глазах забрали молодого мужчину за то, что торговал довоенными вещами.
– У тёти есть доступ в библиотеку Агирона, – обронила Нина.
– Ладно, – Пен явно начинала нервничать, – пусть так. Всё равно это тебе навредит. В жизни бывают ужасные ситуации, ничего не поделаешь, их надо оставлять позади и жить дальше, ты не находишь?
– Притворяться, – проговорила Нина, – что этого не было? Человек согласился участвовать в кровавом ритуале, чтобы получить информацию, которая, кажется, теперь у меня! Зеркало неспроста показало именно эту картину, верно? Одного этого для меня достаточно, чтобы искать ответы.
– Ну почему! – взвыла Пен, хватаясь за голову. – Почему люди ищут себе приключения на зад, почему нельзя просто радоваться жизни. Почему нужно вести себя как психопат!
– А вот это обидно, – сказала Нина, изменив тон. – Ладно. Я могу и одна разобраться с этим.
– И расшибёшь себе голову, пока будешь лазить по книжным полкам, – съязвила Пенелопа.
– Это уже моя проблема, – Нина взяла сумку. И зачем поделилась, только настроение себе испортила. Некоторые люди слово «такт» только в книжках видели.
– Это не единственная твоя проблема, – прошептала Пенелопа, нервно оглядываясь.
Нина поморщилась. Не заразиться бы этой мнительностью.
– Ну?
– Если тот головорез действительно видел тебя и собирается получить свою бесценную информацию… тебе… э… надо быть готовой.
Всё-таки у неё есть чувство такта! Спасибо и на том, что прямо не сказала: «тебя скоро убьют, спасайся». Она озвучила то, что Нина меньше всего хотела признавать. Она откладывала эту мысль в самый конец очереди и, когда достигала её, вновь отправляла в конец. Потому что она не находила решения. У неё не хватало сведений. Как открыть дверь, не имея ключа? Сначала нужно достать ключ. Нина подвинулась к Пенелопе.
– Если нужна будет помощь, могу рассчитывать на тебя? – прошептала она. – Вопрос. Не просьба.
Пенелопа кивнула, скрестив руки на груди, будто подавляя вопль рассудка. Да, решение далось ей нелегко. Нина крепко прижала Пенелопу к себе и чмокнула в макушку, несмотря на её возмущённые крики о личном пространстве. Теперь у неё есть поддерживающая подушечка.
Вечером за ними приехала тётя. Высадив Пенелопу возле кладбища, они отправились домой через нижний Каруд, эту гигантскую пещеру под землёй. Пока они ехали, тётя молчала. Она была напряжена и задумчива. Нина терпеливо ждала объяснений.
– Есть город на другом конце Секрета, – сказала тётя, наконец, – называется Налибо. Отвратительное место. Постоянно подвергается нападениям нечисти. Там есть заповедник, в котором хранится маленькое деревце Иманны. Ты спрашивала о нём, и вот совпадение, с ним связана одна трагедия.
У Нины дыхание занялось. Неужели ребус сейчас разрешится?
– Недавно плоды этого дерева украли, – продолжила тётя. – Похоже, на сотрудников воздействовали неестественными силами. Хакалы не смогли выяснить подробности. Воры совершили кражу накануне какого-то праздника этого заповедника и, чтобы скрыть следы, устроили взрыв на следующий день, на празднике. Там были все сотрудники с семьями.
– Все погибли? Сколько их было?
– Семь-восемь семей, – сказала тётя, – в Налибо похищают людей. В одиночестве там не выжить, приходиться работать кучками.
– Зачем украли Иманну? – спросила Нина.
– Это ещё выясняется, – покачала головой тётя Таша, её лицо приняло очень суровое выражение. – Спустя несколько дней после кражи, это было как раз в день, когда я приехала домой, в Нинебесном лесу, совсем рядом с тем местом, которое мы исследовали, устроили страшную бойню. В этом лесу постоянно бродят жрецы и частенько совершают кровавые жертвоприношения с животными и людьми, но на этот раз на месте обряда нашли остатки яблок Иманны. Не правда ли, подозрительно?
Нина кивнула, едва справляясь с волнением.
– Оставим эти загадки хакалам, – вдруг отрезала тётя. – Я хотела сказать другое. Взрыв в заповеднике. Среди погибших есть мои знакомые, – сказала она. – Я с коллегами была в Налибо по работе лет пять назад. Мы с местными учёными работали над книгами по естествознанию. В общем, – она вздохнула, – у одной из этих семей осталась дочь.
Нина уставилась в окно. Под веками, между ресницами прошли микроскопические судороги. Не рыдать, не рыдать. Сколько детей, взрослых живут без родителей, без тепла, заботы, лишаются огромного куска любви.