– Она ушла незадолго до взрыва, – тётя подъехала к дому и остановила машину. – Теперь она сирота. Я узнала только сегодня днём. С её родителями мы иногда вели переписку, обменивались книгами, журналами. Но с той поездки не виделись.
– Ты помнишь её?
– Да.
– Она могла бы жить с нами, если у неё никого не осталось, – Нина стряхнула грустное наваждение, подняла голову и пытливо посмотрела на тётю. – С кем она там? Она теперь живёт одна? Её же могут убить. Тётя Таша…
– Я пригласила. Она приедет в течение двух недель.
Господи, это лучшее, что она могла услышать! Нина выдохнула.
– Как её зовут? – она хотела обнять тётю Ташу, но между ними будто пролегла невидимая стенка, как будто они были магнитами. Со временем она должна исчезнуть, тогда Нина сможет обнять её, рассказать о сокровенном, обронить слёзы и заплакать вместе с ней. Это время обязательно придёт, и одним камнем на душе станет меньше.
– Вита, – ответила тётя и похлопала Нину по плечу, впервые Нина видела его опечаленной и тихой.
Неделя прошла в беготне с подготовкой документов для Виты, новыми медицинскими обследованиями, встречами с Торораком Ти, с Кристиной, постоянной болтовнёй Мар и Бат.
Нина старалась помогать тёте во всём: сориентировалась в её бумагах и встречах, составила более-менее внятное расписание, чтобы отныне знать наперёд о предстоящих рабочих делах. Тётя Таша, несмотря на свою дисциплинированность и независимость, совершенно не умела заниматься мелочами. Нина научила её вести блокнот неожиданных идей и составлять список каждодневных задач, не относящихся к работе, вроде покупок продуктов и ремонта кухонной плиты. Тётя была довольна и становилась всё более и более ласковой с ней.
Их отношения сейчас явно были теснее и теплее, чем прежде, год назад. Правда, в одном пункте у них существовало категорическое разногласие. Тётя не сумела выкроить время для похода по магазинам и отправила Нину за новой одеждой одну. Нина добросовестно обошла все рынки, купила бордовые башмаки и коричневые ботинки, вязаные шапочки и береты разных цветов, купила накидку с капюшоном и заказала у портнихи два длинных платья и две длинные юбки. Тётя рассердилась, Нина впервые столкнулась с её гневом. Она долго осуждала племянницу за её выбор, ведь карудское общество относится с раздражением и недовольством к необычному виду. Тётя не стала возвращать купленные вещи Нины, но на следующий день привезла ей три брючных костюма, которые Нина, впрочем, ни разу не надела. И каждый день тётя холодно разглядывала «балахоны» Нины и отпускала замечания по поводу её вкуса.
В субботу Нина заговорила с тётей о библиотеке, постаралась мягко объяснить свой интерес к Иманне и дала слово, что не сделает ничего противозаконного.
– Не предполагала, что это произвело на тебя такое сильное впечатление. Ты думаешь об этом с тех пор, как я рассказала про Виту? – спросила тётя строго.
– Не совсем.
Лгать не хочется. Увернуться не получится. Ладно. Она рассказала о видении в зеркале. Но её сухое повествование свелось к чистому наблюдению со стороны, никто её не видел, и перстень не светился. Тётя Таша так нахмурилась, что её брови едва не срослись в одну. Ледяное неодобрение холодным паром исходило от неё, как от зимней воды. Нина поспешно объяснила, что надеялась увидеть прошлое, надеялась узнать что-нибудь о провалившихся вместе с отцом в небытие двенадцати месяцах, но, увы, вместо этого увидела кровавый ритуал и с тех пор не может прийти в себя, унять навязчивые мысли и забыть увиденное.
Нина рассказала о видении, опустив момент, когда зеленоглазый маньяк увидел её за зеркалом. Её повествование свелось к чистому наблюдению со стороны. Тётя так нахмурилась, что её брови едва не срослись в одну. Ледяное неодобрение исходило от неё, как от зимней воды. Нина поспешно объяснила, что надеялась увидеть своё прошлое в зеркале, надеялась узнать что-нибудь о провалившихся вместе с отцом в небытие двенадцати месяцах, но, увы, вместо этого увидела кровавый ритуал и с тех пор не может прийти в себя, унять навязчивые мысли и забыть показанное.
– Никто не знает, что показывает зеркало Мирры, но надо признать его гениальность, – сказала тётя строго. – Позволь дать тебе добрый совет, детка. Впредь, когда захочешь прикоснуться к неизведанному, узнай о нём как можно больше. Взвесь доводы, подумай о последствиях, оцени ситуацию, а потом, после всего этого, принимай решение. Нельзя связываться с неестественным, ничего о нём не зная!