– Когда это было? Он что, до сих пор жив?
– Эламин и Даиф жили миллион лет назад, – Пенелопа взяла ложку и принялась за мороженое, – но у них же были потомки.
Нина кивнула и нахмурилась, она туго соображала сегодня.
– Какие уроды делают эту дрянь, – фыркнула Пенелопа.
– У нас есть отменное мороженое, – сказала Нина.
– У вас элитный район, – Пенелопа зло бросила ложку, – и цена в пять раз выше, десять монет за мороженое не для простых смертных вроде меня.
Она продолжала бурчать, а Нина больше не проронила ни слова. Язык не ворочался, поражённый печалью, как и всё тело. После кондитерской они разошлись.
Нина шла по улицу, наполненной людьми. Светило солнце, над головой летали голуби. Она проходила мимо большого грязного фонтана с позеленевшими каменными лилиями и водорослями в центре, когда перстень загорелся. Яркий луч пронесся через фонтан. Нина, едва сдержав вопль, спрятала перстень под одежду. Холод пронял её и вся она покрылась ледяным потом, когда два хакала, патрулировавшие площадь, направились к ней. Нина сунула руки в карманы и без раздумий побежала через дорогу, влетела на рынок и через зловонный мясной павильон выскочила с другой стороны, рванулась в отдел специй. Сердце у неё выпрыгивало из груди и стучало будто в голове, будто сам мозг стучал.
Она шла и шла, не смея переходить на бег, хотя хотелось убежать на край света. Они увидели её! Они видели луч из перстня! Они шли к ней, они отвели бы её в полицию? Нет, прямиком в ССА, причем навсегда. Они забрали бы перстень. Нина судорожно задышала. Она была на волоске. Не гонятся ли за ней? Вокруг проходили люди, шумели машины, в этой суматохе сложно сориентироваться и заметить преследование. Хакалы обладали мощным обонянием! Они, как собаки, идут по следу и, в конце концов, настигают беглеца. Нет! Перед глазами уже виделись красные очки палачей Специальной Службы, их влажные, смрадные тканевые перчатки, механические голоса за масками, ремни и шлем с иглами.
Нина заскочила в парфюмерную лавку, надушилась десятком образцов и кашляя, вышла, осмотрелась. Никого нет. Сделала из мухи слона. Нервы совсем сдают. Ей просто нужно быть осторожной. Нина уняла дрожь в теле, стиснула зубы. Она спрятала перстень в карман и вновь огляделась. Страшно идти, но стоять на месте ещё страшнее. Добраться бы до библиотеки, оказаться бы с Аланом… Нина приняла спокойный, беззаботный вид и зашагала по улице.
Она вбежала по чёрным ступеням и вспорхнула в светлый холл, увитый зеленью. Глаза машинально прошлись по мраморным креслам. Разумеется, зеленоглазого маньяка здесь не было. Пф, кролик она, а не искатель судьбы.
Она подошла к Алану, который сидел за широким столом и сонно листал журнал. Он здесь и ночует? Может, у них тут и жилые комнаты есть и вся семья Агиронов живет в библиотеке?
– Здравствуй! – Нина вытащила из сумки небольшой пакетик и помахала им. – Я увидела это по дороге и сразу подумала о тебе, – она достала из пакета футляр, – маска для сна!
Он взял футляр в руки.
– И вот это, – она вытащила картонную коробку, – здесь фундук, миндаль, арахис, грецкие орешки. Чтобы… э… лучше соображал.
– Это взятка? – он поднял брови, и уголки губ его тоже приподнялись.
– Извинение, – отозвалась Нина, – за то, что убежала, не попрощавшись.
Он уставился на неё засыпающими, затуманенными глазами.
– У тебя тревожный вид. Я бы сказал – нервный. Ты в порядке?
Нина выдавила сияющую улыбку и кивнула.
– Куда отвести? – спросил он.
Нина замешкалась с ответом. Как ему сказать? Двести вторая статья проплыла перед глазами. Придумать что-нибудь?
– Никуда, – задумчиво произнесла она. – Я только что прикинула: ты сможешь рассказать мне об Эламине и Даифе? Часто слышу эти имена и толком не знаю, кто они. Ты не занят?
Он пригласил её сесть на кожаный диван рядом.
– В Милодоре жил-был Константин, – начал он, и Нина тотчас забыла о хакалах и маньяке, – у него было трое детей. Мирра, потом сыновья, Эламин и Даиф. Повзрослев, Мирра уехала из Милодора на север, чтобы изучать тайны зеркал. Эламин и Даиф остались в родном городе. Эламин учился у мастера Лавра и стал изобретателем и учёным. Он приложил руку к строительству Каруда, ты знала? Шесть пятиугольных районов – это его идея. Он уверял, что такая структура защитит город от зла.
– А Даиф? – спросила Нина, нетерпеливо ёрзая на месте.
От перемешавшихся запахов духов её мутило, и было жутко неловко перед Аланом. Как он терпел эту вонь? Она отодвигалась от него всякий раз, когда он отвлекался, и постепенно увеличивала расстояние между ними в надежде, что так он наконец вдохнет чистый воздух.