Андрей Рудалев. Настоящий рассказ. — “День литературы”, 2008, № 9, сентябрь.
“Наиболее важный и соответствующий времени жанр литературы сегодня — рассказ. Рассказ, потому что время неустойчивое, когда мы не можем поставить диагноз, а только изучаем симптомы. <...> Роман здесь неуместен, почти всегда он будет искусственен. Он не найдет ответы, а только потеряет первые ниточки к ним. Он не скажет ровным счетом ничего, а только запутает следы”.
“На мой взгляд, из настоящих удач последних лет можно выделить три книги рассказов: „Вожделение” Дмитрия Новикова, „Грех” Захара Прилепина и „Чеченские рассказы” Александра Карасева”.
Екатерина Сальникова. Жестокость без границ. — “Взгляд”, 2008, 13 сентября <http://www.vz.ru>.
“Традиционно поставленный вопрос: пропаганда ли это жестокости или не пропаганда? Я бы спросила о другом: а нужна ли жестокости пропаганда? В Средние века не было массмедиа, никто не смотрел телевизор, все массово ходили в церковь. Однако жестокости было хоть отбавляй. Постоянное ожидание скорого конца света отчасти являлось моральной самооценкой христианского мира. Классика заблуждений — „люди посмотрят, как убивают и грабят, и тоже пойдут убивать и грабить”. Они, может, и пойдут, но просто так, своим ходом. А скорее всего, посмотрят одни, а пойдут убивать и грабить совершенно другие”.
“Борьба с брутальным искусством кажется жалкой отмазкой от борьбы с реальной политикой. Искусство, на худой конец, можно убрать из телеэфира. Политику убрать некуда, и с ней ни одно общество всерьез не тягается. Тем самым общество выдает политике мандат на жестокость. И это жестоко”.
“Телевидение критикуют за отдельные каналы, произведения, кадры. На самом деле оно действует целиком и выявляет, за что надо критиковать весь современный мир сразу”.
См. также: Екатерина Сальникова, “Анимационный бум” — “Новый мир”, 2008, № 11.
7 вопросов Герману Садулаеву, писателю. Вопросы задавала Анна Рудницкая. — “Русский репортер”, 2008, № 38, 9 октября.
Говорит Герман Садулаев: “<...> вообще-то я не считаю других писателей конкурентами. Чем больше будет хороших романов, тем лучше для всех. Кооперация всегда лучше, чем конкуренция. Способность к кооперации — самое лучшее конкурентное преимущество. Сейчас серьезной и качественной литературе актуально не столько конкурировать внутри себя, сколько отвоевывать информационное пространство у отупляющего примитива массовой квазикультуры. Иначе вымрем, как пещерные кошки”.
А также — вопрос: “Судя по рецензиям на „Таблетку”, самой популярной цитатой из книги стало объяснение, почему формальная логика приводит к необходимости „уничтожения существующего строя”. Вы хотите уничтожить существующий строй?” Герман Садулаев отвечает: “Да”.
Стайер на экспорт. Беседу вел Илья Колодяжный. — “Литературная Россия”, 2008, № 37, 12 сентября <http://www.litrossia.ru>.
Говорит Герман Садулаев: “В моей эстетической иерархии современный русский писатель № 1 — это Николай Кононов, с его изумительной поэтически точной прозой. Писатель № 1 в версии социальных и лирических смыслов — Захар Прилепин.
В своих весовых категориях золотые медали у Владимира Сорокина, Виктора Пелевина, Ильи Стогова. <...> Я почти не читаю книги о чеченской войне. В основном это дрянь. Хорошо пишет Аркадий Бабченко. Захар Прилепин — но это не о войне, это больше.
А лучше всего по этой теме, наверное, рассказы Александра Карасева”.
Михаил Тарковский. “Каждый тянется к тому, чего ему мало…” Беседу вел Игорь Михайлов. — “Литературная учеба”, 2008, № 3 <http://lych.ru>.
“Я особо не слежу [за литпроцессом], потому что нужно тогда огромное количество журналов и книг читать. С ума сойдешь. Тем не менее что-то доходит. Вообще очень разные у всех взгляды, пристрастия. Я никому не навязываю ничего, тем более, крайне привередлив. Мне нравится все исконное, простое, русское. И где есть красота и глубина. <...> Большинство из того, что печатается, мне не нравится”.