Таким образом, можно констатировать, что группировка сил, входящая в состав СибВО и ДВО, не отвечает обстановке на ТВД, особенно учитывая крайне низкую транспортную связность Восточной Сибири и Дальнего Востока с остальной территорией страны, что чрезвычайно затрудняет возможность усиления группировки за счет сил из состава других округов.
Особую проблему представляют регионы, не имеющие наземного сообщения с остальной Россией, — Калининградская область, Сахалин, Курильские острова, Камчатка и Чукотка (последние, хотя формально и являются частью евразийского материка и основной территории РФ, в транспортном отношении доступны только по морю и воздуху). На Камчатке и в Калининградской области созданы объединенные группировки, подчиненные ВМФ. Для всех этих территорий существует потенциальная угроза высадки морских десантов с кораблей ВМС США и Японии (для дальневосточных регионов) и наземного вторжения сил НАТО (для Калининградской области), при том, что усиление группировок в условиях военного времени будет практически невозможно. Во всех случаях сил ВС РФ на данных территориях недостаточно для парирования данных угроз.
Что касается флотов, то сокращение корабельного состава привело к тому, что все они могут выполнять задачи почти исключительно в прибрежной зоне. Борьбу с ВМС США, на что изначально был ориентирован ВМФ СССР, они вести не способны (лишь подводные силы пока еще могут создать американскому флоту определенные проблемы). Единственным морским ТВД, где российский флот обладает полным господством, является Каспийское море. Каспийская флотилия — единственное стратегическое объединение ВС РФ, которое за постсоветский период стало сильнее, чем в советское время. Она значительно превосходит по своему боевому потенциалу ВМС остальных прикаспийских государств, вместе взятых, причем сохранение данной ситуации гарантировано, поскольку единственный выход из Каспийского моря (через Волгу) полностью контролируется РФ.
Анонсированное в 2006 году тогдашним начальником Генерального штаба ВС РФ Ю. Балуевским создание территориальных командований “Запад”, “Юг” и “Восток”, подразумевающее разделение административных и оперативных функций и создание межвидовых группировок на потенциальных ТВД, могло бы стать самым прогрессивным организационным решением в области военного строительства за весь постсоветский период. От системы округов к системе командований в настоящее время перешли не только подавляющее большинство стран “дальнего зарубежья”, но и Белоруссия, Украина и Казахстан. К сожалению, судя по имеющимся сведениям, командования если и будут созданы вообще, то не вместо округов, а вместе с округами, что фактически полностью обесценивает всю идею. Вместо сокращения управленческих структур произойдет их дальнейшее раздувание, вместо оптимизации и разделения управленческих функций — их усложнение и запутывание. Более того, поскольку округа уже есть, а командований еще нет, руководство округов, обладая серьезным административным ресурсом, очень сильно влияет на формирование командований, отправляя туда не лучших, а худших офицеров. В результате прогрессивная идея оборачивается профанацией и обращается в собственную противоположность.
Кроме того, как показали прошедшие в прошлом году в Сибири и на Урале учения, войска из-за отсутствия средств связи и управления и нехватки навыков у офицерского состава вообще не готовы к действиям смешанными группировками, каковые подразумеваются в случае перехода к командованиям. Поэтому вполне вероятно, что после отставки Ю. Балуевского с поста начальника Генерального штаба идея создания командований будет похоронена.
Боевая подготовка и комплектование
Судить о масштабах и характере боевой подготовки в ВС РФ чрезвычайно сложно. Официальная статистика количества проведенных учений не обнародуется, в заявлениях официальных лиц лишь подчеркивается, что оно постоянно растет. Как было показано выше, подобные заявления могут быть весьма далеки от истины. Кроме того, весьма трудно установить, возросла ли реальная боеспособность войск, и если да, то в какой степени. Наконец, принципиальным является вопрос, насколько характер боевой подготовки адекватен тем реальным задачам, которые стоят перед ВС. Как несложно понять, если войска отлично подготовлены к выполнению задачи, которую им никогда не придется выполнять, но не готовились к выполнению другой задачи, которая встанет перед ними в силу развития геополитической обстановки, их фактическую боеготовность можно считать нулевой.