Цитируя Валентина Катаева, имелась в безвыходном коридорчике “маленькая железная дверь в стене”. На двери красовались буквы ПК, а за дверцей находился пожарный гидрант и свернутый в рулон бельтинговый шланг. Туда же я определил и бутылки с пивом.
Всего в пожарную нишу отправилось восемь бутылок, по две на нос. Себя я, разумеется, не считал.
— Машина уйдет, охрану снимут, тогда и заберете свое пиво, — сказал я Сане. — Понял теперь?
— Понял… — Единственный зрячий Санин глаз прояснел.
Через день, когда вновь наступила наша смена и в магазин приехал пивник, Саня приступил к работе. Выезжая с первой стопкой, я увидал его возле дверцы. Притормозил, чтобы Сане было удобней забирать бутылки, потом поехал дальше. Вторая ездка, пятая, десятая — Саня на страже. А ведь другие грузчики тоже возят пиво.
В тот день с пивной машины было снято не восемь бутылок пива, а восемьдесят.
Через час грузчики ходили враскорячку и громко булькали при каждом шаге. К обеду все четверо лежали, благоухая “Жигулевским”. Работать пришлось мне одному. А тут еще, как назло, пришла огромная фура с болгарским вином. Какая там ни будь антиалкогольная кампания, а международные договоры были заключены давно, и вино из сопредельных стран поступало.
В помощь мне были брошены холодильщик и дежурный электрик, но все равно тот день я не забуду никогда. На бакалейной эстакаде ждет машина с рисом, на центральную эстакаду пришло четыре тонны говядины в полутушах, а болгарская дура, которая не смогла въехать во двор, пришвартована к универсаму сбоку, так что коробки с вином приходится возить через отдел обслуживания ветеранов. И отовсюду несутся призывные вопли: “Грузчики!”
А грузчики спят.
На следующую смену история повторилась. Правда, аврала такого не было, но зато было выпито уже сто бутылок пива. Куда столько влезало, мне не понять.
Разумеется, администрация универсама не могла спокойно наблюдать за происходящим. Пропажу двух, даже трех десятков бутылок легко объяснить воровством покупателей. Ведь у тех, кто толпился внутри магазина, тоже очень часто денег не было, и пиво тырили самым бессовестным образом. Но сотня бутылок — это уже перебор. Приемный пункт стеклотары формально был независим от директора универсама, но, разумеется, у Федорова там было все схвачено, и ему стало известно, что его рабочие сдали в этот день сотню пивных бутылок. Но главное — бригада не работает! Значит, в обороне универсама возникла брешь, в которую утекает пиво.
Федоров организовал слежку, и на следующий день похитители были взяты с поличным в ту минуту, когда они выгребали из пожарного ящика сто двадцать бутылок пива.
На бригаду обрушились репрессии. Два человека, в том числе незабвенный Витек, были уволены по статье, двоих депремировали на сто процентов по результатам работы за квартал. Один я остался чист, аки агнец. Но и я сделал из случившегося выводы, и, когда через пару недель обнаружил в охране еще одну брешь, через которую можно было вынести вообще что угодно, об этом я никому не сказал ни единого слова.
В заключение истории следует упомянуть, как администрация решила вопрос с неудобной пожарной емкостью. Позвали сварщика, и он попросту заварил железную дверцу, навсегда лишив грузчиков возможности воровать с ее помощью. Интересно другое: что сказала пожарная инспекция, когда обнаружила это новшество?
Барсик
В каждом продуктовом магазине непременно есть кот. Санэпидстанция разрешает и кошку, но кошка — это необходимость возиться с котятами, поэтому заводится кот. Был кот и в нашей “Тридцатке”. Звали его Барсиком, был он необыкновенно пушист, ленив и труслив. О том, чтобы ловить или хотя бы пугать крыс (а именно ради этого СЭС и допускает существование в магазинах котов), и речи не шло. Барсик целыми днями возлежал на подстилочке в гастрономическом отделе и глядел, как фасовщицы режут колбасу. Колбасу Барсик не ел, питался он исключительно куриной печенкой и сливками. Специально для него каждый день вскрывалось несколько кур, из которых вытаскивалась печенка, и приносилась бутылка свежих сливок. Если бы грузчика или какого другого работника застукали за питьем государственных сливок, мало бы ему не было. Но ради Барсика магазин шел на прямые убытки.