Или взять Клеопатру. Оказывается,
она была совершенно некрасива, зато очень образованна, знала больше языков (латынь, греческий, древнеегипетский, эфиопский, древнееврейский, арамейский и нек. др.), чем мужчин (Цезаря, Антония и, в той или иной степени, двух своих малолетних братьев-супругов), и была толковой правительницей, вводившей реформы и стремившейся вернуть птолемеевскому Египту былое величие. Вместо этого мы имеем образ бесконечно желанной женщины-вамп, убийцы бесчисленных любовников-мазохистов, сладострастной совратительницы и погубительницы Антония.
Но против лома нет приема — с Шекспиром и Пушкиным не поспоришь, это тебе не Б. Лившиц.
P. S. Задумавшись, почему в заглавии американской статьи (собственно, рецензии на три книги по энтомологии) фигурируют скорпионы, а на картинке — кузнечики, и полазив по “скорпионовым” сайтам, я вынужден был признать, что разделяю всеобщее к ним омерзение.
О нелюбви
Однажды в молодости я пожаловался приятелю, что такой-то меня не любит. То ли меня, то ли мои сочинения. Приятель спросил: “А он тебе нравится?” — “Нет”. — “Так как же ты хочешь нравиться тому, кто не нравится тебе?”
Он был, конечно, прав, и я этот урок запомнил. Урок тем более полезный, что нелюбви в мире гораздо больше, чем любви. Как писал поэт: И этот мне противен / И мне противен тот / И я противен многим / Однако всяк живет.
Но одно дело — когда тебя не любят в порядке взаимности, и совсем другое — когда нелюбовью отвечают на твою любовь. Это урок гораздо более отрезвляющий, и его мне преподнес тот же приятель.
Я всю жизнь любил его, а он меня нет, во всяком случае, не всю жизнь. Я все делал, чтобы заслужить его любовь, но успех имел далеко не пропорциональный своим усилиям.
Тогда я тоже разлюбил его, выражаясь по-хемингуэевски, сначала постепенно, а потом сразу. Так сказать, выучил и этот его урок. Но удивляться, как же так, я его любил, а он меня нет, не переставал.
Но в конце концов я разобрался и с этим, почти самостоятельно.
Как уже говорилось, нелюбви в мире больше, чем любви. Противен мне и этот, противен мне и тот... В частности, мне очень неприятен один старый коллега, и я даже позволил себе выразить это в печати. Ну, не буквально это, но все-таки взял и публично лягнул его.
Он обиделся и дал мне это понять. И некоторые общие знакомые стали говорить мне, что я поступил нехорошо. И я задумался о своем поступке и его мотивах.
Ну, мой выпад был, может, и несправедлив, но остроумен, да и претендовал не столько на правду, сколько вот именно на словесный блеск. Так что я не сдавался.
Но, вслушиваясь в возражения друзей и раздумывая о своем отношении к этому коллеге, я должен был признать, что он ни в чем передо мной не виноват, моих нападок ничем не заслужил и вообще всегда хорошо ко мне относился и делал мне только хорошее. И другим тоже. И вообще был кристальным, ну, может быть, немного чересчур кристальным человеком. Тем не менее он никогда мне не нравился, и чем дальше, тем больше.
И тут меня осенило, что я наконец разгадал загадку, над которой так долго ломал голову. Я не любил его так же, как меня не любил мой многолетний приятель, — беспричинно, несправедливо, неблагодарно и совершенно искренно. Так искренно, так нежно, как нелюбимым был другим.
1 Сквозь тусклое стекло (англ.).
2 Любым (англ.). Буквально: каким ни назови.
3 Энти шлепанцы (англ.).
4 Эти шлепанцы (англ.).
5 Словцо (франц.).
6 Остроумная развязка, от pointe (франц.) — острие, кончик, шпилька, острота, развязка.
7 Букв.: разрешение на проезд (франц.).
8 Потому что надо внимательно читать наши письма, месье Жолковски (франц.).
9 Нецивилизованно (англ.).
10 Букв.: на лингвистику Божьей истины и лингвистические фокусы-покусы (англ.).