Давно примечено: влюбленный человек так заманчиво говорит о предмете своих привязанностей, что, повстречавшись с самим предметом в реальности, слушатель, скорее всего, будет разочарован. Я сейчас не о Венеции говорю, но о механизме переноса прелести рассказа на очарование объекта.
Тем же, кого мучает только один вопрос: „А что, правда, в Венеции плохо пахнет?”, Бильжо советует быстро поставить «эту книгу обратно на полку. Она точно не для него. Ни книга, ни Венеция. Не надо тратить время и деньги зря».
Именно так, как водится, никуда не торопясь, растягиваешься на любимом диване, отключиться от удушающей реальности, бой с которой давно и безнадежно проигран, дабы погрузиться в золотые сны с предзакатными колоколами. Чью-то сублимацию, вероятно, устроят детективы или нечто иное, очевидно сюжетное, да только есть, еще существуют любители проникать на чужие территории посредством заранее отловленных и отжатых психографических рефлексий.
Кажется, это самый безнадежный случай сублимации, завязанной на хотя бы потенциальную возможность воплощения. Ну да, ведь с фантастическим романом или антиутопией особенно не забалуешь. Хотя…
Легкость сибаритствующего подхода в «Моей Венеции» обманчива: за внешней безмятежностью опытного, хорошо пожившего человека, смотрящего на птиц и фотографирующего забавные граффити, возникает стройная персональная стратегия, сумевшая привести к успеху. К «сахарному дневнику моих путешествий».
Конечно, путь Андрея Бильжо принципиально неповторим: для того, чтобы купить квартиру возле супермаркета «Билла», выходящего витринами на Джудекку, нужно много трудиться, придумать Петровича, воплотив его в сотнях рисунков, и создать клуб его незабвенного имени.
Другое дело, что, основываясь на этом непоходном издании, можно легко и изящно сделать мобильное приложение. Уже с картами и закадровым голосом обаятельного и обстоятельного рассказчика, умудренного не только жизненным, но и эксклюзивным венецианским опытом.
Голос этот, художника и ресторатора, бывшего в одной из своих позапрошлых жизней практикующим психиатром, вполне встраивается в общий оптимистический строй бесконфликтных мобильных программ и приложений, столь обожаемых хозяевами айфонов и андроидов.
• • •
Этот, а также другие свежие (и архивные) номера "Нового мира" в удобных для вас форматах (RTF, PDF, FB2, EPUB) вы можете закачать в свои читалки и компьютеры на сайте "Нового мира" - http://www.nm1925.ru/
[1] Яйленко Е. Миф Италии в русском искусстве первой половины XIX века. М., «Новое литературное обозрение», 2012.
[2] Яковлев Владимир. Италия в 1847 году. СПб., «Гиперион», 2012; Бильжо Андрей. Моя Венеция. М., «Новое литературное обозрение», 2013.
[3] Ипполитов А. Особенно Ломбардия. Образы Италии XXI. М., «Колибри», «Азбука-Аттикус», 2012, стр. 10.
[4] Ленин В. И. Задачи союзов молодежи. Речь на III Всероссийском съезде Российского Коммунистического Союза Молодежи 2 октября 1920 года. Цит. по: VIVOS VOCO <http://vivovoco.rsl.ru/VV/PAPERS/VLADLEN/VIL_03.HTM>.
[5] Мандельштам Осип. Сочинения в двух томах. М., «ИХЛ», 1990. Т. I, cтр. 203.
[6] Ипполитов А., стр. 18.
МАРИЯ ГАЛИНА: ФАНТАСТИКА/ФУТУРОЛОГИЯ
КОСМОС, ВОЙНА И ГИГАНТЫ
o:p /o:p
Олаф Стэплдон, Альфред Дёблин и другие
Нет никакой круглой даты, мотивирующей появление именно в этом номере именно этих персонажей. Зато есть ряд странных, воистину фантастических совпадений, более значимых, чем любая круглая дата, о них-то мы и расскажем.
Уильям Олаф Стэплдон (William Olaf Stapledon) родился 10 мая 1886 года в деревушке Мерсисайд, графство Чешир, Великобритания, — а умер как раз посредине следующего века, в 1950 году. За свою по нашим нынешним меркам не долгую жизнь он успел тем не менее все, что приличествует британскому джентльмену, — окончил Оксфорд с дипломом бакалавра новейшей истории (позже сдаст на магистра), работал заместителем директора манчестерской начальной школы, затем пару лет — в офисах отцовской судостроительной фирмы в Ливерпуле и Порт-Саиде. Вернувшись к преподавательской работе, в 1914 году выпустил сборник стихов под названием «Современные псалмы» (Latter-Day Psalms). С 1915-го и до конца Первой мировой — в действующей армии. После войны Стэплдон женился на Агнес Зене Миллер, своей двоюродной сестре из Австралии, пережившей его на тридцать четыре года, стал отцом двоих детей — Мэри и Джона, преподавал философию и психологию в вечерней школе, получил степень доктора философии в Ливерпульском университете, публиковался в философских журналах, а в 1929-м выпустил труд «Современная теория этики».