Говорит Дмитрий Бак: «Если спросить у вас, когда, к примеру, умер Перси Биши Шелли, вы скажете: „Не помню, сейчас посмотрю в Википедии”. А завтрашний человек скажет: „Сейчас” и — мысленно подключится к общей памяти. У него вообще исчезнет потребность держать что-то в собственной голове».
«У нас на глазах происходит, по сути, рождение нового биологического вида homo , об этом пишут и академик Вячеслав Всеволодович Иванов, и Юрген Хабермас, крупнейшие думатели современности».
«Что читателям казалось в конце ХIХ века? Гончаров не пишет, умирают Достоевский, Тургенев... Поднялась какая-та мелкая бульварная литература, антинигилистический роман, а великая русская литература измельчала и кончилась. Но ведь уже живут Чехов и символисты. Еще не пишут, правда, но уже думают. Следующая эпоха в литературе и культуре начинается всегда раньше, чем будет осознана современниками».
Составитель Андрей Василевский
«Вестник Уральского отделения РАН: Наука. Общество. Человек», «Вышгород», «День и Ночь», «Дружба народов», «Знамя», «Иностранная литература», «История», «Наше наследие»
Лев Айзерман. Результат и качество. — «Знамя», 2013, № 8 <http://magazines.russ.ru/znamia>.
«Вот передо мной скачанный из Интернета „Банк аргументов из художественной и публицистической литературы”. Речь идет об аргументах для части „С” ЕГЭ по русскому языку. Таких „банков” там много, в том числе и в форме шпаргалок. Итак, передо мной 255 „аргументов” на все случаи жизни и всевозможные темы. Это даже не полуфабрикат, а уже готовый фабрикат, остается только вставить все это в свою работу.
Вам нужен пример для темы „взаимоотношения отцов и детей”? Какие проблемы! „Наставления отца помогают Гриневу даже в самые критические минуты оставаться верным себе и долгу”. Вам нужен пример для проблемы „утрата духовных ценностей” — к вашим услугам: „Катерина Ивановна, жена богатого купца, полюбила работника Сергея и ждала от него ребенка. Боясь разоблачения и разлуки с любимым, она убивает с его помощью своего и мужа и затем маленького Федю, родственника мужа”. Духовные ценности предлагаются распивочно и на вынос. Естественно, никаких утрат духовных ценностей в современной жизни в этом „банке” не числится. Три балла за пример из литературы, который легко привести, не читая произведений и не разделяя всех этих моральных постулатов, — обеспечены.
В октябре 2012 года я получил в десятом классе два абсолютно одинаковых сочинения на тему „Реликвия”, списанных с одного и того же сайта сочинений именно на эту тему, о существовании которого я не знал. И там и там — трескучая патетика „высокой идейности”: „Память — это связующее звено, крепкое, прочное. Человеку она дается неспроста. Память как корни у дерева, на них держится вся жизненная правда”. И один и тот же прадед-герой на двоих. Но если один из этих десятиклассников сидел, опустив голову, то другой возмущался: „Для того и помещаются тексты в Интернете, чтобы мы их оттуда брали”. И сколько же фальшивых купюр, которые могли быть обменены на реальные рубли, скачано вот из таких „банков”? Увы, я теперь проверяю сочинения с открытым ноутбуком».
В этом же номере Наталья Иванова пишет о том, что «не реальный человек стал прототипом персонажа, а герои Достоевского стали прототипами современных авторов, и, как следствие, разных направлений в прозе и поэзии», а Сергей Чупринин в своем разделе «Критика — это критики» пишет о «частной миссии Леры Пустовой». Поэт же Иван Волков публикует эссе об Александре Еременко.
Дмитрий Быков. Маяковский. Главы из книги. — «Дружба народов», 2013, № 8 <http://magazines.russ.ru/druzhba>.
Начинается с пристального внимания к двум выраженным неврозам героя — обсессивно-компульсивному расстройству (ОКР) и игромании (глава «Невротик»). В пятичастной главе «1927. Последний год» — замечательно о тогдашнем «менеджере» В. М.— Павле Лавуте, которого Маяковский однажды на руках отнес в постель во время приступа почечной колики.
Заканчивается публикация главой «1929. „Баня”: не смешно»: «Если бы кто-то додумался поставить ее как трагедию, мощная была бы вещь. Есть заветная мечта — сократить ее, убрав длинноты (видно, как Маяковский забывал обо всех законах зрелища, но не мог остановиться, — такова была его ненависть к этим типам, так он упивался местью им, хоть на бумаге), и приписать седьмое действие. В котором они вернутся из 2030 года и побегут припадать к ногам перееханного временем Победоносикова: товарищ Главначпупс, простите, не оставьте! Вы, конечно, не подарок, но там ТАКОЕ! Впрочем, до 2030 года еще много времени. Кто знает, что их там встретит?