Елена Фанайлова. <Рецензия>. — “Новая русская книга”, Санкт-Петербург, 2000, № 4.
“Подобную книгу (роман Николая Кононова „Похороны кузнечика”. — А. В. ) я предпочла бы читать (точнее: писать) уродливым и жестоким языком, в отвратительной стилистике. Язык же Кононова с его внутренней поэтической ритмикой, повторами, обилием прилагательных и придаточных предназначен для заговаривания ран. То есть это очень культурологическая книга, несмотря на ее экзистенциальный темперамент. И весьма культурологическими (или коммерческими) соображениями можно объяснить ее публикацию в серии „Цветы зла”. Проблематика романа давно благоухает цветочками св. Франциска Ассизского. Это роман морали, роман воспитания — если рассуждать во французском, опять же, духе. Он мне интересен. Но возможна и другая литература”. Ср. с мнениями сразу трех рецензентов в настоящем номере “Нового мира”.
ЧЕБУRUSSIA. Заметки на полях западной славистики. Подготовил Глеб Шульпяков. — “Ex libris НГ”, 2000, № 28, 27 июля.
Большая беседа Драгана Куюнджича, завкафедрой сравнительного литературоведения и славистики Калифорнийского университета в Ирвайне, и Александра Иванова, директора издательства “ Ad marginem ”. Вспоминает А. Иванов: “Итак, в 90-м году в Россию впервые приехал Деррида. Он читал открытую лекцию в МГУ, в самой большой аудитории первого корпуса. Была вся профессура, куча студентов, а Деррида поднимал вопросы, связанные с Марксом. И вот упоминание Маркса вызывало чудовищную неприязнь всей аудитории. Аудитория просто стонала от ненависти к слову „Маркс”. Деррида был в шоке! Он не знал, что в Советском Союзе имя Маркса будет вызывать такую реакцию”. У меня, грешного, сразу мелькает в голове: а что же он знал?
Мариэтта Чудакова. Патрия и патриофилия в начале XXI века. — Информационно-политический канал ПОЛИТ.РУ: http://www.polit.ru
“Собственно, речь о том, что если римское право легло в фундамент современных разработанных и детализированных представлений о правах человека, то римские добродетели (romane virtu), главнейшая из которых — обязанность гражданина перед своим государством, оценивавшаяся в давние времена как доблесть, хождения больше не имеют”.
Игорь Шевелев. Понять себя как партитуру... — “Время MN”, 2000, № 108, 15 июля.
Беседа с Верой Павловой (“Я себя называю „метафизиолог Павлова, она же его собака”...”) и ее стихи. “И долго буду тем любезна, / что на краю гудящей бездны / я подтыкала одеяла / и милость к спящим / призывала”.
Ф. Р. Штильмарк (Институт проблем экологии и эволюции РАН). Эволюция представлений об охране природы в советской литературе. — “Гуманитарный экологический журнал”, Киев, 1999, т. 1, вып. 2.
“Вышедший в год смерти Сталина (1953) роман Л. М. Леонова „Русский лес” не выдержал испытания временем и справедливо осужден ныне (? — А. В. ) за тенденциозное отношение к русской интеллигенции (не говоря уже о том, что карикатурный образ профессора Тараканцева явно намекает на весьма достойную фигуру академика В. Н. Сукачева, главного борца с лысенковщиной, а прототипом положительного героя Вихрова служил теоретик лесоистребления проф. Н. П. Анучин)...” Статья доктора биологических наук была опубликована на английском языке в журнале Journal of History of Biology, Vol. 25, No. 3, 1992 .
Валерий Шубинский. <Рецензия>. — “Новая русская книга”, Санкт-Петербург, 2000, № 4.
“Пожалуй, единственное, что придает стихам Рыжего некое своеобразие, — это непонятные сложности, существующие у него с русскими ударениями: арбуз А , из фанер Ы , облак О — так никто, кроме него, по-моему, не пишет”. О книге Бориса Рыжего “И все такое...” (СПб., 2000) см. рецензию Ольги Славниковой в настоящем номере “Нового мира”.
Александр Щуплов. Борис Годунов не был виновен в смерти Ивана Грозного. — “Субботник НГ”, 2000, № 26, 8 июля. Электронная версия: http://saturday.ng.ru
Профессор Московской медицинской академии имени Сеченова, судебно-медицинский эксперт Александр Васильевич Маслов исследовал причины гибели государственных деятелей, поэтов и писателей — Ивана Грозного, Бориса Годунова, Надежды Крупской, Владимира Маяковского, Максима Горького и других. “Возможно, некоторых разочарует неподтверждение версии об убийстве Фрунзе (отразившейся в известной повести Пильняка. — А. В. ). Но истину не опровергнешь”.