Так что:
казнить, нельзя помиловать! —
из уважения к человеческой природе. Есть вещи, которые прощению не подлежат.
По такой или примерно по такой траектории лихорадочно мечутся мысли и чувства зрителя в условно-мелодраматическом, душераздирающе-абстрактном пространстве “Догвилля”. Где ставить запятую — совершенно не ясно. Условность конструкции, отягченная обилием отвлеченных рассуждений в кадре, не позволяет слепо отдаться эмоциям — в том числе чувству мести. Но именно притчевая условность позволяет от души согласиться с жестоким и безапелляционным приговором финала.
Длинный шлейф голливудских ассоциаций, тянущийся за доброй половиной актеров (а тут практически во все ролях — звезды первой величины), узнаваемые сюжетные схемы от душеспасительной “Поллианны” до сурового вестерна, циничного фильма нуар и крутого боевика, позволяют списать неразрешимость моральной коллизии на американский менталитет с его выспренним идеализмом, плавно переходящим в “культ кольта”. Но ведь давно ясно, что это менталитет глобальной деревни, и нестерпимый звон от сшибки стереотипов стоит в голове у каждого зрителя фильма независимо от культурной, национальной и конфессиональной принадлежности.
Ларс фон Триер повторяет во всех интервью, что сознательно, дабы подразнить гусей, снимает уже второй издевательский фильм про Америку, ни разу при этом не побывав в США. Его — европейца — смущает невиданная и безграничная власть, сосредоточенная в руках единственной оставшейся на Земле сверхдержавы, ибо страна эта, как и все прочие страны, населена обычными, вполне несовершенными людьми, а к чему приводит безграничная власть в руках несовершенных людей — наглядно демонстрирует фильм “Догвилль”. Но ясно же, что дело не только в этом. Картина фон Триера удивительным образом репрезентирует “тупик в трех соснах”, в котором оказалась ныне вся современная, а не только американская цивилизация. С наличным уровнем этики, давно подменившей коллективной порукой “политкорректно-цивилизованных норм” слабое трепетание персональной совести, с наличным уровнем эстетики, эксплуатирующей в рыночных целях ограниченный и стандартный набор “эмоциональных воздействий”; в условиях современной геополитической неопределенности, где сила, власть и безнаказанность — движители прогресса, — человечество оказывается не в силах справиться с самыми простыми вопросами, к примеру — найти место для запятой в нехитром предложении из трех слов.
Мы внутренне не готовы к тому, что с нами происходит. Мы в тупике или же — на краю бездны; и никто не выразил это замешательство цивилизации точнее, чем Триер в “Догвилле”, где примитивные и однозначные плоскости свиты в загадочно-парадоксальную “ленту Мёбиуса”, дразняще и провокационно мерцающую перед нашим взором:
Казнить нельзя помиловать казнить нельзя помиловать
казнить нельзя помиловать…
WWW-ОБОЗРЕНИЕ ВЛАДИМИРА ГУБАЙЛОВСКОГО
О спаме
то такое спам. Сверимся по словарю <http://lingvo.yandex.ru>. Spam: сокр. от
spiced ham — пикантная, приправленная специями ветчина. 1) (Spam) консервированный колбасный фарш (обычно свиной; запатентованное название); 2) сущ.; компьют. сленг спам (практически бесполезная информация (обычно — реклама), принудительно рассылаемая большому числу абонентов электронной почты). Syn: junk e-mail — электронный хлам.
Нас будет интересовать именно второе значение слова спам, которое давно уже адаптировано русским языком на полных правах склоняемого существительного. Что и не удивительно, поскольку со спамом сталкивался практически каждый пользователь электронной почты, а это самый распространенный интернет-сервис.
Происхождение термина обычно объясняется так: “Термин „спам” ведет свое происхождение от старого (1972) скетча английской комик-группы „Monty Python Flying Circus”, в котором посетители ресторанчика, пытающиеся сделать заказ, вынуждены слушать хор викингов, воспевающий мясные консервы (SPAM).