По всей видимости, причина такой недоброкачественной позиции лежит вне пределов моей книги, в сфере иных — внелитературных, внехудожественных — интересов. Весь пафос этой рецензии продиктован желанием использовать печатное пространство “Нового мира” для сведения со мною личных узкопартийных счетов. Все в этом опусе поставлено на службу задаче меня оболванить, скомпрометировать, уничтожить. Сделать меня “притчей во языцех, покиванием главы в людях”. Чувство партийности, независимо от того, какую идеологию исповедует “партиец”, всегда опознается по его практике навешивания политических ярлыков и общественного шельмования своего оппонента, даже если речь идет о богословских или культурологических аспектах.
Однако здесь не только предается на поругание мое имя, иметь попечение о котором заповедал еще Сирах, не только попирается мое достоинство и моя свобода, не только наносится ущерб моей репутации — здесь бесчестятся и мои официальные рецензенты, обозначенные на титуле: доктор искусствоведения Н. М. Зоркая и поэт, критик, доцент Литературного института Т. А. Бек, и автор предисловия — известный богослов о. Валентин Асмус, и церковное издательство Подворья Троице-Сергиевой Лавры, которое выпустило мою книгу, и, наконец, Святейший Патриарх, чье благословение стоит на ее обложке. Все они, получается, тоже участвовали в выполнении рокового “соцзаказа”. Так некогда, после выхода сборника “Вехи”, ультралиберальная пресса (более двухсот отрицательных отзывов), не имея существенных аргументов против позиции Н. Бердяева, С. Булгакова, С. Франка, П. Струве и других, критиковавших обезбоженное сознание русской интеллигенции и предостерегавших общество от демонов надвигавшейся русской революции, навесила на своих оппонентов политические ярлыки консерваторов, обскурантов, реакционеров и черносотенцев.
В сходную ситуацию ставит меня и эта рецензия. Ход рассуждений здесь таков: коль скоро основы православной метафизики и церковности оказываются противоречащими постмодернистскому цивилизационному коду, они тут же объявляются родственными коммунистической и национал-большевистской идеологии лишь на том основании, что и коммунисты, и национал-фашисты находятся в оппозиции к некоторым принципам глобальной цивилизации. Еще С. Франк напоминал, что в элементарной логике подобная ошибка называется “смешением контрадикторной противоположности, не допускающей ничего третьего”.
Но ведь этот дух партийности, делящий людей исключительно по бинарному принципу “свои — чужие”, и есть дух большевизма, какой бы идеологией он ни прикрывался. Это и есть дух ненависти к независимости свободного человека, выбирающего “нечто третье”. Это и есть ненависть к духу творчества, преодолевающего партийные перегородки. Не удивлюсь , если кто-то станет утверждать, что именно этот партийный дух, терзаемый нетерпимостью к инакомыслию, побудил моего рецензента так безбоязненно, грубо, принародно нарушить заповедь Божью: “Не произноси ложного свидетельства на ближнего своего”.
Ибо — как писал пророк Давид: “Избави мя от клеветы человеческия и сохраню заповеди Твоя”.
Олеся НИКОЛАЕВА.
Письмо в редакцию “Нового мира”
ПИСЬМО В РЕДАКЦИЮ “НОВОГО МИРА”
ОПРОВЕРЖЕНИЕ
В отделе библиографии 11 номера Вашего журнала на стр. 252 помещено краткое известие о публикации беседы Ирины Врубель-Голубкиной, редактора журнала “Зеркало” (выходящего на русском языке в Тель-Авиве), со мною, Эммой Герштейн, под многозначительным заголовком “На фоне всех ревизий века”.
Претенциозному названию этой беседы соответствует и ее на редкость путаное содержание. Спешу сообщить, что я не могу нести ответственность за эту публикацию, представляющую собой мешанину из некоторых моих подлинных высказываний, выдернутых из магнитофонной записи, и совершенно произвольных вставок, домысленных редактором упомянутого “Зеркала”. Я познакомилась с текстом публикации уже тогда, когда она была напечатана и передана в Интернет.