«Потом опять теперь»
Мнения о последней книге Виктора Пелевина с невразумительной аббревиатурой ДПП (NN) на кичевой обложке производства издательства “Эксмо” (расшифровывается как “Диалектика переходного периода из Ниоткуда в Никуда”), состоящей из романа “Числа”, повести и нескольких рассказов, как и следовало ожидать, диаметрально разошлись. (Большинство рецензентов говорит лишь о романе, и здесь я не буду оригинальна.)
Появление критического разноса Андрея Немзера (“Время новостей”, 2003, 11 сентября) можно было предсказать с той же вероятностью, как наступление осени после лета: каждый текст писателя вызывает у критика острую аллергию. Но в предыдущих статьях Немзер снисходил до аргументов, на сей же раз критик просто сравнил Пелевина с графом Хвостовым, а его книгу назвал “глумливой, вихляющейся и безответственной болтовней”. Что ж, пассаж в романе “Числа” о “мелком литературном недотыкомзере”, который питается в своей норке “сырым повествовательным предложением”, может показаться обидным. И вообще пелевинская привычка сочинять сатиры на своих литературных критиков малосимпатична. Но уж если на то пошло, существует простой закон физики насчет действия и противодействия, и если желчный зоил имеет обыкновение невоздержанно бранить писателя, то можно предположить, что рано или поздно ему отплатят той же монетой.
Михаил Золотоносов, который всегда и обо всем пишет с брюзгливой гримасой, тоже вынес свой приговор: непереваренная “японщина”, “олитературенная галиматья” (“Московские новости”, 2003, 27 сентября).
Если Немзер сравнивает Пелевина с графом Хвостовым, то Игорь Зотов — с капитаном Лебядкиным. “Никакого литературного интереса”, “кроме разве что поверхностной пропаганды основ буддизма”, пелевинские тексты “не представляли и не представляют”, а новым романом “ДПП” Пелевин наконец “занял свое законное место в паноптикуме русской литературы — место капитана Лебядкина. В „ДПП” проявился во всю свою мощь неистребимый дух Пелевина-графомана”. (Хотя Игорь Зотов преследовал цель поразмашистее уязвить автора и явно не задумывался о тех коннотациях, которые придал фигуре героя Достоевского литературный ХХ век, он нечаянно задел довольно занятную тему, к которой мы еще вернемся.)
Характерный мотив газетных откликов на новый роман: Пелевин повторяется. “Череду подновленных опять” увидел в новой книге Пелевина Александр Архангельский (“Известия”, 2003, 6 сентября); о том же пишет Вита Окочурская: “Роман „Числа” — крохи, сметенные с собственного <...> стола”. (“Русский Журнал”, 2003, 2 сентября).
И наконец, есть те, кто увидели в книге Пелевина не самоповтор, но новое качество. Так, Дмитрий Быков считает, что писатель опять попал в “главные болевые точки”, что его новая книга — очередной “прорыв” (“Огонек”, 2003, № 32); Антон Долин (“Газета”, 2003, 15 сентября) уверен, что “взвешенная, умная, искренняя и талантливая” книга Пелевина заставляет понять “суть обыкновенного чуда хорошего писателя”, а в Сети Василий Пригодич, как всегда, рубит сплеча: “Скажу честно: последняя книга Пелевина просто-напросто гениальна”.