Очень я рад за Вас, честное слово! Какое это изумительное явление — русская литература и какой большой человек русский литератор…» (Иванов Вс. Переписка с А. М. Горьким. Из дневников и записных книжек. М., 1985, стр. 34 — 35).
Вс. Иванов незамедлительно предал печати дифирамбы в свой адрес из столь авторитетных уст: письмом Горького открывается статья Макса Ольшевца «Писатель в одиночестве. А почему?» («Известия», 1927, 1 января). «Это письмо не единичное, — писал Ольшевец. — Горький ведет обширную переписку с советскими писателями. Жаль только, что его письма, имеющие крупное литературно-общественное значение, остаются на письменном столе или в боковом кармане получателя, не предаются гласности, не становятся достоянием широкой общественности». В этом же номере «Известий» подвалом был дан рассказ Вс. Иванова «Крысы» из времени военного коммунизма.
Горький протестовал письмом в «Известия», где, в частности, писал: «С некоторых пор мои частные письма литераторам публикуются в газетах.
Мне помнится, что в прежнее время литераторы более или менее терпеливо ждали, когда корреспондент умрет, и уже после похорон печатали письма его.
Я просил бы собратьев по перу тоже подождать немножечко и не ставить меня при жизни в смешную и неудобную позу человека, как бы раздающего „патенты”, „удостоверения” и т. д.» («Известия», 1927, 21 января; Горький А. М. Собр. соч. в 30-ти томах. М., 1956, т. 30, стр. 7).
22 января 1927 года последовал покаянный ответ Вс. Иванова, сразу понявшего, кто здесь имеется в виду: «Эти строки я пишу Вам не для оправдания, а для того, чтобы Вы могли выяснить обстоятельства, при которых черт сунул меня согласиться с моими „друзьями” и дать напечатать Ваше письмо. Личные дела мои находились в отвратительном состоянии, меня мотали всякие отчаяния. За неделю приблизительно до Вашего письма я уничтожил свои рукописи, в том числе роман „Казаки”, листов этак пятнадцать, — и вообще размышления были такого сорта: сегодня или завтра застрелиться. Я пишу теперь об этом спокойно, потому что все это сгинуло.
Я саморекламой никогда не занимался. Внутренняя моя насыщенность такова, что я даже не имею друзей. <…> большей половиной своего существования я обязан Вам — и даже литературными ошибками своими я обязан Вам, ибо никто, как Вы, познакомили меня со Шкловским, под влиянием которого я находился года два и который, бессознательно, конечно, заставил меня написать листов тридцать очень плохой прозы» (Иванов Вс. Переписка с А. М. Горьким..., стр. 35 — 36).
18 Горький окончательно вернулся в СССР 14 мая 1931 года после девяти с половиной лет пребывания за границей. Ему отвели бывший особняк Рябушинского (М. Никитская, д. 6, архитектор Ф. О. Шехтель), ранее занятый Всероссийским обществом культурной связи с заграницей. Ныне там Музей-квартира А. М. Горького, один из нескольких бесплатных московских музеев.
19 «Новый мир» был изданием «Известий ВЦИК и ЦИК СССР». Органом Союза советских писателей журнал стал только с января 1947 года.
20 Мордвинкин Владимир Юрьевич (1889 — 1946) — в прошлом ответственный секретарь «Известий», затем заместитель начальника Главлита Лебедева-Полянского. Его биография по крупицам восстановлена саратовским журналистом Юрием Песиковым. Мордвинкин был женат на родной сестре Ягоды Таисии Григорьевне; после расстрела Ягоды ее сослали, и муж последовал за ней; затем жену в ссылке арестовали, и он остался с маленькой дочерью; лишенный работы колхозного счетовода, умер в полной нищете (см.: Песиков Ю. Негласно поднадзорный. — «Журналист», 2007, № 2, стр. 91).
21 Имеется в виду роман Воронского «Глаз урагана» («Звезда», 1931, № 1 — 3).
22 Рассказ «Федя-гверильяс», не опубликованный в «Новом мире», вошел в сборник Воронского «Рассказы и повести» (М., 1933).
23 Книга Полонского «О Маяковском», небольшая по объему, все-таки была издана (М. — Л., 1931).
24 Сабашникова Татьяна Михайловна (1903 — 1976) — дочь М. В. Сабашникова, одного из братьев-основателей «Издательства братьев Сабашниковых».
25 Статья Н. Н. Асеева «Работа Маяковского» («Новый мир», 1931, № 4).
26Стецкий Алексей Иванович (1896 — 1938; расстрелян) — советский партийный деятель, с 1930 года — заведующий агитпропотделом ЦК ВКП(б).
27 Небезынтересен поступивший за два года до того из Крыма донос на Шенгели некоего Я. Д. Полканова (псевдоним?). Текст достоин того, чтобы привести его полностью:
«Борьба за пролетарскую идеологию в крымском вузе
В литературном кружке Крымского педаг. института 150 студентов. Кружком руководил доцент Шенгели. С самого начала работы кружка руководитель взял неверный курс. Вместо разборов литературных произведений, вместо всестороннего их обсуждения литкружок занимался мелочными вопросами.