Не стану лукавить, цитату я привел не первую попавшуюся. На других страницах Сергей Ушакин пишет живее, не все так страшно. Но в любом случае приходится делать усилие, которое иногда вознаграждается, а иногда нет.
Ричард Броуди. Психические вирусы. Как программируют ваше сознание. Перевод с английского Л. В. Афанасьевой. М., “Поколение”, 2007, 304 стр.
Книга более чем десятилетней давности, о меметике. Меметика — это наука о мемах . Термин “мем” введен в оборот в 1976 году биологом Чарльзом Доукинсом. Среди разных определений мема Броуди останавливается на таком: “Мем — единица информации, которая содержится в сознании. Мем воздействует на события таким образом, чтобы в сознании других людей возникло большее количество его копий”. “Распространение мемов осуществляется посредством передачи от сознания одного человека к другому, — как гены при оплодотворении яйцеклетки. И те мемы, которые выиграли конкуренцию — добились успеха и покорили наибольшее количество умов, — образуют собой те практики и творения, которые мы называем современной культурой” (перевод несколько корявый, но какой есть). И самое важное: “Предназначением меметической эволюции не является благо отдельных людей”.
“В этой книге содержится живой психический вирус. Не читайте ее, если не хотите заболеть. Инфекция может повлиять на склад ваших мыслей…” — такое предуведомление — не только рекламная приманка. Броуди понимает двусмысленность ситуации. Объясняя, что такое мем, он тем самым распространяет мемы о мемах. А если следовать ходу мысли автора, можно сказать так: мемы, находящиеся в сознании Броуди, заставляют его распространять мемы о мемах. Кстати, если в книге и есть психический вирус, то это мем дарвинизма. “Эволюция путем естественного отбора” — единственное, что автором (в других случаях утверждающим, что абсолютной истины не существует) принимается аксиоматично.
Броуди умеет и любит формулировать. Иногда это даже утомляет. Кое-что запоминается: “Вера в Бога „работает” по одной простой причине: когда люди верят, что у них есть цель в жизни, они могут делать то, чего они не сделали бы без веры”. Подобная технологичность характерна для этого автора (создателя программы Microsoft Word ). Вся книга такая. Наверно, и другая книга Броуди — “Одобри свое прошлое” — такая же.
Фигуры речи-3. Составитель Сергей Соловьев. М., “Запасный выход / Emergency Exit”, 2007, 448 стр.
О предыдущем выпуске “Фигур речи” (М., 2006) и устном проекте “Речевые ландшафты” уже писала на страницах “Нового мира” (2007, № 1) Евгения Вежлян. Напомню: “<…> проект, который долженствовал репрезентировать всю литературу в конфигурации, соответствующей вкусу его единственного куратора — Сергея Соловьева. <…> из существующих проектов этот — в наибольшей степени нормативен (ибо работает с литературой, какой она должна быть) и утопичен (налицо параллельная версия литпроцесса в целом). <…> Соловьев — не критик, а практик. Тот самый слон, который не может быть директором зоопарка. Его видение воплотилось в двух книгах. Посмотрим, какой будет третья”.
Вышла и третья — на этот раз без “худлита”. Четыре дискуссии с участием всяких интересных людей (Андрей Битов, Валерий Подорога, Михаил Эпштейн, Владимир Мартынов и другие) — “Язык.ru”, “Лермонтов — Демон — Врубель”, “Текст. Критерий оценки”, “Метафизика чтения”. Я люблю всякие литературные разговоры. Как, например, актуальная коллективная беседа о критериях оценки, еще раз подтверждающая, что в спорах рождается не истина, а… вообще ничего не рождается. Но они, эти разговоры, нужны, потому что без них нет литературы.
Алконостъ. Альманах. Выпуск 48. М., 2007, 64 стр. [Издание творческого объединения “Алконостъ”].
“Вчера на презентации Ольга Нечаева — главный редактор „Алконоста” — сказала, что они создали альманах, понимая, что нет никаких шансов на публикацию стихов в толстых журналах” — это я цитирую пользователя “Живого журнала” под ником аnchentaube (запись от 20.12.2007).
Создали давно — в 1989-м. Прошли годы, и вот уже в 1999-м Людмила Вязмитинова описывает в толстом журнале “Знамя”, как “брошюра из десятка машинописных листов, тираж которой был обусловлен одной закладкой копирки, естественным образом сменилась на сброшюрованную компьютерную распечатку все улучшающегося качества. Малозаметным для широкой публики тиражом не свыше 30 экземпляров журнал [„Алконостъ”] регулярно выходил в ходе бурных 90-х. И ныне, на пороге становления новой литературной ситуации, заявил о себе изборником, изданным уже типографским способом и тиражом, соответствующим времени”.