Дмитрий Быков. Эпоха Скоттов. — “Огонек”, 2008, № 1 <http://www.ogoniok.com>.
“Главные литературные и кинематографические события ближайшего десятилетия можно предсказать уже сейчас — даже писать и снимать все эти шедевры уже необязательно. Достаточно представить…”
“<…> у молодежи должны быть свои нехитрые развлечения; мы вступили в эру, которую философ К. Крылов точно обозначил в свое время как „время невротизации подростков”. Подростков надо невротизировать не только ради великой цели (например, грядущей большой войны), а просто ради того, чтобы их не перехватила вражеская пропаганда. Мы обязательно прочтем детские повести и молодежные романы — но уже не про любовь, не про счастье консьюмеризма, не про наше счастливое детство, а про мучительные и трагические конфликты в семье и школе, про муки совести, про идеологическую борьбу на дворовом уровне… Нужна новая „Судьба барабанщика”, новая „Четвертая высота”. У нас сейчас явный запрос на молодежную политику. И тот умный, кто сумеет хорошо (в смысле грамотно) написать историю о борьбе бедного, но честного мальчика с богатым и понтистым, вдобавок ориентированным на западные ценности, сорвет все фрукты с древа славы, потому что подобной литературы пока совсем нет, а потребность в ней очень велика. Тот же, кто сочинит детскую сказку с политическим акцентом, купит дом в центре: сама Джоан Роулинг, по ее признанию, работает сейчас именно над таким произведением — а Роулинг зря работать не будет”.
“Напоследок предупредим, что не будет иметь никакого успеха: в ближайшее время не нужно писать социально-критической фантастики, кафкианских гротесков, реалистической прозы и той отвязно-драконовской фэнтези, в которой нет актуального подтекста”.
Дмитрий Васильчиков. Безотцовщина. Крик новорожденной идеологии. — “Политический журнал”, 2007, № 34, 28 декабря <http://www.politjournal.ru>.
“Мультипликация сегодня создает новый образный канон, вытесняя и заменяя такие виды искусства, как живопись и скульптура, и сильно воздействуя на кино. <...> То, что мы видим в аниматографе (anima — в переводе значит „душа”), — более убедительно, более реально, чем сама реальность”.
“<…> сегодня легко восстанавливают быт, краски и костюмы далеких эпох, благо для этого существует множество образцов, памятников и других источников, и не могут провести простейшую параллель между прошлым и настоящим так, чтобы это было правдоподобно и пробуждало в человеке чувство собственной историчности. Показательны в этом плане фильмы „Слуга государев” и „1612”. Здесь блистательный антураж начисто перечеркнут полным отсутствием исторической интуиции. <…> Притом ведь очевидно, что первый фильм должен был быть о „свободе в служении”, а второй — о преодолении Смуты и торжестве Русского порядка над оккупационным. Однако ничего этого не получилось — просто потому, что пока окончательно не решено, стоит ли служить нынешней власти и не является ли она сама вариантом (или преддверием) оккупации. В таких условиях, конечно, создание объединяющих мифов и символов попросту невозможно”.
Дмитрий Верхотуров, Илья Кирилловский. Как найти инопланетян? — “АПН”, 2007, 26 декабря <http://www.apn.ru>.
“Современная уфология представляет собой хорошее поле для исследования человеческих предрассудков и в этом плане весьма интересна. Большой фактологический материал, накопленный уфологами, где абсолютно незнакомые между собой люди, не имея с этого выгоды, а имея проблемы, одними и теми же словами (зачастую описания совпадают даже в деталях) рассказывают о контактах с инопланетянами, на первый взгляд производят впечатление. Имеют ли место такие случаи? Имеют. Имеют ли контакты отношение к реальности? Имеют. Но выводы из фактов должны делаться совсем не те, какие делают уфологи”.
Дмитрий Воденников. Свой бог. Стихотворение недели. Ян Сатуновский. “И как от угля, в темноте горящего, мне глаз не отвести никак…” (1959). — “Взгляд”, 2007, 12 декабря <http://www.vz.ru>.
“Даже не тем восхищает [это стихотворение], что Сатуновский один из первых угадал (понял кончиком языка, потому что Бродский, сильно младший его современник, еще старательно эти искусственные рифмы подбирал), что рифмы теперь — это только смыслово необходимые слова (но только эти слова и только тут). А не полные школярские совпадения звучания. И уж тем более не специально сконструированные. И уж точно не тем, что с той поры прошло по крайней мере 45 лет (стихотворение написано в 1959 году), а критика (с которой все началось) до сих пор слабоумно твердит о неточных рифмах у лучших теперешних поэтов. А тем, что, несмотря на то что там ничего нет: никакого совпадения, никакой рифмы, — когда ты читаешь, тебе кажется, что это классическое стихотворение…”