См. также: Кн. Алексей Щербатов, “Из воспоминаний” — “Новый Журнал”, Нью-Йорк, 2003, № 233 <http://magazines.russ.ru/nj>; о том, как вывезенный немцами Смоленский архив был обнаружен в 1945 году в Баварии; мемуарист на тот момент служил в американской армии.
Леонид Тимофеев. Дневник военных лет. Публикация О. Л. Тимофеевой. — “Знамя”, 2003, № 12.
Мы уже отмечали дневниковые записи известного отечественного филолога Л. И. Тимофеева (1904 — 1984). Первая публикация (“Знамя”, 2002, № 6) касалась 1941 года, московской паники, умонастроений тогдашней интеллигенции, размышлений о ситуации в Европе и остальном мире. Нынешняя публикация — о 1942 и 1943 годах. Найди этот дневник какой-нибудь особист или донеси кто — Тимофеева бы сразу расстреляли.
Привожу фрагмент, лично мне напомнивший некоторые события августа 1991 года: “Забавен разговор с Фадеевым Кирпотина в ночь на 16/X, передаваемый Кирпотиным. Оба они винят друг друга в скандальном провале Союза в те дни. Фадеев винит Кирпотина в бегстве, а этот уверяет, что он уехал по приказу Фадеева… Тот позвонил ему 15-го в ночь и сказал — уезжай. Распоряжение Щербакова. Но как же с писателями? Никаких сантиментов. Война! В Союзе жгут документы. Позвони сам Щербакову. Тот позвонил и не застал Щ. Опять звонит Фадеев. Щербакова нет. Уже нет?! Я говорил тебе, что он сказал, чтобы ты ехал, и Кирпотин поехал… Говорят, что А. Толстой везде живет по-царски. В Ташкенте у него квартира в 6 комнат и казенное содержание!.. А Вирта, когда эшелон ехал в Ташкент и не хватало пищи, проделывал следующие номера: выходил на станции в военной форме и, показывая начальнику на вышедшего из купе погулять Чуковского, говорил: „Я — его адъютант. Фамилию его называть не могу. Но если у него не будет продуктов, будет скандал в международной прессе”. В вагон спешно несли всяческое съестное и звонили на следующие станции, что едет международный старик и что ему надо приготовить дары. Вирта дал в „Знамя” роман, очень скверный, „Империя”, написанный в манере Хлестакова”.
“Французский роман”, или Краткая история отношений издательства “Советский писатель” (в лице Н. Лесючевского) и писателя И. Эренбурга, случившихся в 1957 — 1958 годах, когда выходила книга “Французские тетради”. Публикация, вступительная заметка и комментарии А. И. Рубашкина. — “Звезда”, Санкт-Петербург, 2003, № 12.
Хорошо читать на два голоса. И никакой “Иванькиады” или “Шапки” не надо. Чистое искусство многословной брехни в духе: “Я знаю, что ты знаешь, что я знаю”. В какой-то момент понимаешь, что письма эти — не только еще одна уродливая примета эпохи, но и памятник определенному человеческому состоянию. Вот что происходило с людьми, когда они подписывались на то, чтобы их имели — подробно, неустанно, со знанием дела. После года этих мучительных эпистолярных отношений вымотанный вконец товарищ Эренбург обратился повыше. И книжечка сразу вышла. А следы романа остались на память историкам литературы. Довольно гадко.
Игорь Шайтанов. В “конце века” — в начале тысячелетия. — “Арион”, 2003, № 4.
Критический путеводитель по десятилетию существования “Ариона”, “журнала, своим названием претендующего на то, чтобы спасти поэта и поэзию ”. В знаменательном мемуарно-аналитическом очерке Шайтанова встречаются короткие озадачивающие сообщения, из которых следует, что автор накрепко посвящен в стратегию, тактику и политику развития издания. И с Алехиным на короткой ноге. Иначе откуда обозревателю знать, что знаменитый поэт В. появлялся в журнале “в первый и единственный раз”, что известная поэтесса Н. “останется автором „Ариона””, а не менее известная С. “больше не появится”. Потом смекаешь: так это на текущий момент, на прошедшую десятку. Но Шайтанов тоном и мыслью предупреждает: этих не будет, в линию не вписываются.