“Среди своих” — значит, интонационный сигнал “Все у нас получится!” при любых, в том числе и печальных, новостях. “Среди чужих” — интонационный сигнал “Ничего у нас не получается”, в том числе и при вполне добрых известиях. Есть и медиатор этой оппозиции — интонация “среди своих, но во враждебном окружении”. Имеется в виду угрожающе обидчивая самоидентификация за родину=против власти, которая окрашивает тон программ “Русский дом” на подмосковном 3-м канале и “Момент истины” на ТВЦ.
Формула аналитики “Русского дома” такова: “Все бы у нас получилось, если бы не бесовская власть и дьявольские козни заграницы”. То есть “мы” — это все, кто благочестивым образом далек от власти. А власть — это уже “не мы”, и ее порочной чужеродностью объясняются все трудности и беды российского развития.
Логически сходное разделение действует в “Моменте истины”, только акцент на конфессиональной чуждости заменен акцентом на коррупции. Подразделяются же на “своих” и “чужих” уже не народ и власть, а тоньше: одни чиновники (которые вместе с народом) против других чиновников (которые воруют) — страшно удобная вещь для борьбы элит и отдельных их представителей. Ввиду того, что о коррупции говорят во всех программах, так или иначе соприкасающихся с новостями, “Момент истины” можно было бы и не ставить в один ряд с “Русским домом”. Но стенающие интонации ведущего! Но его трагико-риторические вопросы типа “как же могло случиться?”! А пафосный драматизм музыкального оформления (причем музыка включается в паузах между говорящими головами громкостным уровнем выше, чем речи этих голов)! Усиленно давить на мозоль: только такая сверхзадача может объяснить эти стилистические константы.
Но вернемся от медиатора к полюсам “своего” — “чужого”.
Похоже, “своему” трудно найти тон. Подчеркнутый патриотизм для лидеров общественного сознания (каковыми должны по определению быть наследник советского Центрального телевидения и нынешний государственный телеканал) вроде как недопустим. Общественность ведь если и не состоит, то должна, как говорят нам люди из Правительства и Думы, состоять из среднего класса, а этому гипотетически преобладающему классу по всем резонам должны быть неприятны сочетания сталинизма и православия в духе газеты “Завтра” и иже с ней. Другого же патриотизма журналистская среда в массе своей не может вообразить.
Вместе с тем идентификация со “своим” народом названным телеканалам необходима, без нее и Первый — не первый, и телеканал “Россия” — не Россия. Притом еще нужно быть “цивилизованными” и “независимыми”, следовательно, показывать то, что показывают каналы неофициальные, негосударственные, а показывают они то пожары, то наводнения, то бегство солдат из военной части, то падения армейских вертолетов. Отсюда, например, летний рекорд ОРТ: 20 минут подряд в тридцатиминутной программе “Время” — о катастрофе башкирского самолета в небе над Германией.
Общим знаменателем (вернее, аннигилятором) требований “цивилизованности” и “патриотизма” становится невозмутимая корректность-нейтральность тона, комментария и облика дикторов. Чтобы никого не задеть, надо быть никаким. Отсюда принципиальная неяркость, смазанность личных черт в облике и речи ведущих новостей. Если же экранная функция исполняется с нерастворимым осадком индивидуальности, как Е. Андреевой на Первом канале и Е. Ревенко на Втором, то осадок этот, в свою очередь, предельно корректен. И та и другой заставляют вспомнить о школе 50 — 70-х. Е. Андреева подчеркнуто скромна, даже прическа у нее традиционно (как у учительницы в 50-х годах) школьная, без крутых парикмахерских наворотов — гладкие волосы с пробором, убранные на затылок. А мимически подчеркнутая (легкие перемены ракурса, поднятые брови) артикуляция текста заставляет вспомнить об ученически старательной декламации. Впрочем, и о своенравии, и об уверенности в себе, характерных для первой ученицы. Что же до Е. Ревенко, то его миниатюрность в сочетании с невинно-честным взглядом и всегдашним незаметно-строгим галстуком воспринимается как юношеская неиспорченность серьезного и ответственного отличника.
Наряду с нейтральной корректностью тона и комментариев “патриотичность” и “цивилизованность” совмещаются посредством пропорционирования и расстановки информации. Например, горящие леса по хронометражу не должны превышать интервью прокурора, возбудившего дела о виновниках пожаров, и притом вначале должно идти интервью прокурора, а уж затем картинки пожаров (на каналах НТВ и ТВС делают как раз наоборот).