Афанасий Мамедов, Исаак Милькин. Морские рассказы. — “Октябрь”, 2003, № 1.
Два замечательных трогательных (и трагических) рассказа: “Ы..?” и “Баковая травля”. В соавторстве, как хотите. Жаль, Конецкого нет, он бы оценил, особенно второй. Хотя морская тема здесь ни при чем, собственно. Это лишь декорации, хотя и весьма правдоподобные.
Новые имена. — “Октябрь”, 2002, № 12.
Как всегда (20 лет уже), двенадцатая книжка журнала отдана молодым. На сей раз двенадцать новых имен “Октябрь” выудил не только из редакционной почты, но и из результативного архива Второго форума молодых писателей, из собрания рукописей на соискание премии “Дебют”. Географически выбор авторов тоже весьма разнообразен.
Тем не менее вашему обозревателю так и не удалось ничего отобрать из новой поэзии, где особенно важна самостоятельность интонации. Что же до прозы, то самое печальное в ней то, что, читая, видишь, как все это писалось. “Мастерство такое, что не видно мастерства” — не про них. Казалось бы, прозаические авторы всегда менее предсказуемы, чем поэтические. Но вот начинаешь читать рассказ Ольги Беловой “За голубыми небесами”: “После смерти Валерка Мохов попал в ад...” И — все. Уже понимаешь, что будут ангелы, смятения, пейзажи-картинки, запоздалое раскаяние. Так и есть. Алексей Радов (“Сказки”) давит на меня своим мрачным шокингом, своей “забормотанностью”. Пугает, а не страшно. Скучно отчего-то.
Но вот по-петрушевски страшный рассказ Ольги Шевченко “Зывезда”, эпизоды из жизни некоего общежития, дэцепэшник и томящаяся дева, беспричинное избиение убогого соседа, темное и светлое, озверелое и жалостливое, — срабатывают. На боль реагируешь. А там она есть, изначально была заложена, когда автор садился за свой компьютер или машинку.
Больше всех же обрадовала искрящаяся, лихая (и, по-моему, очень хитрая) Дарья Варденбург. Как я, оказывается, соскучился по этому повествовательному ритму, схваченному еще когда-то в прозе Виктора Драгунского и Юрия Коваля. Классно.
Обсуждение “Новой философской энциклопедии”. (Материалы заочного “круглого стола”). Участвовали: В. А. Лекторский, В. С. Степин, А. П. Огурцов, Е. А. Мамчур, И. С. Добронравова, Л. Ф. Кузнецова, В. Г. Кузнецов, А. В. Кезин, В. К. Финн, Т. А. Алексеева, И. К. Пантин. — “Вопросы философии”, 2003, № 1, 2.
Речь идет о фундаментальной энциклопедии в четырех томах, выпущенной московским издательством “Мысль” (2000 — 2001). Мнения копятся по нарастающей, от большой радости к небольшим, но значительным огорчениям. К промелькнувшей было мысли, что этот “круглый стол” хорошо бы издать отдельной брошюрой, горячо присоединяюсь, отличный будет “портрет” наших современных философских мнений в обновляющемся/обветшавшем интерьере.
Итак, движение по кругу начали, как оно и положено, ветераны отечественного философского дела — главный редактор “Вопросов философии”, членкор РАН В. А. Лекторский, доктор философских наук А. И. Огурцов и другие. После пространных констатаций того, что многолетнедобросовестный марксистско-ленинский оброк платить более не нужно, участники наконец взяли и критические ноты.
Т. А. Алексеева (доктор философских наук, зав. кафедрой политической теории МГИМО(у) МИД России) основным недостатком НФЭ посчитала “отсутствие целостной картины по крайней мере в такой области философского познания, как философия политики”. “Впрочем, — поясняет она, — это не столько вина составителей, сколько отражение состояния в стране философии политики, переживающей все еще „детский период””. Примеры явной “нестыковки” в текстах НФЭ приводил кандидат философских наук из Тульского государственного педуниверситета А. В. Прокофьев: “<...> иногда даже в статьях одного и того же автора по единой проблематике присутствуют серьезные различия в понимании фундаментальных для этих статей терминов. Например, в статье „Насилие” насилие определяется как применение силы, которое отлично от природной агрессивности человека, его воинственных инстинктов и обязательно предполагает дискурсивное обоснование („претендует на законное место в человеческой коммуникации”). В то же время в статье „Ненасилие” насилие предстает уже как предельно широкое явление, связанное с любым принуждением и причинением вреда”.