Новый год, 2002-й, а песня старая. Осень, пора возвращать долги “Продфонду”, “Агроснабу”. Цитирую местные газеты: “Во все районы разъедутся группы по выбиванию долгов...”, “Губернатор в категорической форме потребовал...” Каждый год “требует”.
На заседаниях в областном центре шум и гром: “Вы над кем смеетесь? Кому лапшу на уши вешаете?!. чтобы как из пушки...”, “Запустить механизм взысканий через арбитражный суд... арестовывать зерно на элеваторах... а потом будем разбираться...”
Но народ нынче битый. Слыхали и не такое.
“Районам, которые не возвратят долги, с сегодняшнего дня прекращаются всяческие дотации... Врачи и учителя, когда им не будут платить зарплату, пусть знают: это не губернатор виноват, а руководители хозяйств, которые не рассчитались по долгам...”
Получается, что невозвращенные кредиты должны “выбивать” из колхозов учителя да врачи.
А они ведь никому ничего не давали и не ведали, что их нищая зарплата — гарантия возврата кредита. А теперь с голых по нитке — “ЛУКОЙЛу” новый кафтан? Да и “ЛУКОЙЛ” ни при чем. Это коммерческая частная структура. А вот те областные руководители, которые брали и раздавали, порою по-барски, те “при чем”.
“Я помню, — говорит лукойловский начальник, — помню, как один из бывших вице-губернаторов делил топливо: этому, указывал, дай 5 тонн, а этому — 25”.
В райцентре руководитель РАО жалуется: “Я бы этому хозяйству и копейки не дал. Они сроду не отдают. Но ведь через мою голову им давали, миллионы. А теперь я виноват, долги не собираю”.
Когда создавали областной “Продовольственный фонд” (структура, по идее, нужная и полезная!), когда ее лишь создали, спросил я у ее руководителя: “Ты будешь решать, кому давать деньги, кредиты, заказы, а кому не давать? Или — чохом да по указке?” Он лишь вздохнул в ответ и отвел глаза.
А ведь эти люди (и в райцентре, и в Волгограде) уже имели горький опыт работы в “Агрокорпорации”. Была бы их воля, направо и налево они бы деньги не раздавали. Но они — по строгому счету — лишь пешки, а теперь “вышибалы”, заложники.
6 млрд. 481 млн. рублей — суммарная задолженность сельхозпредприятий области.
Скажите, о каком завтрашнем дне коллективных хозяйств может идти разговор?
И ведь ничего нового.
Неделю назад был я свидетелем такой сцены. Женщина, главный бухгалтер колхоза, привезла в райцентр отчет о предполагаемых итогах 2002 года. Поглядели отчет, сказали ей: “Ты с ума сошла? Зачем в итоге убытки? Кто тебе под такой баланс кредиты даст? Соображать надо”. Сообразила. Забрала бумаги и на следующий день привезла другие, теперь уже с “прибылью”.
Почти в тот же день встретил знакомого руководителя хозяйства. Послушал ныне привычное: “Денег нет, горючего нет...” А потом с усмешкой сказал ему наугад: “Чего жалуешься? Я твой баланс видел. С прибылью работаешь...” — “А как же... — ответил он. — Рисовать умеем. Такое время”.
Красноречивый факт колхозного “благоденствия”: 85 — 90 процентов всех тракторов и комбайнов коллективных хозяйств приобретено до 1992 года. Летом 2002 года появилась возможность продать селу по лизингу, с рассрочкою на 3 года 265 тракторов “ДТ”. Прошло полгода. Хозяйства огромной области взяли лишь 38 машин. Ежегодная убыль техники в результате старения — 1500 — 2000 тракторов, 500 — 700 комбайнов. А значит, нет будущего. Потому что без трактора землю не вспашешь. 1,8 млн. гектаров пашни в области по-прежнему не используется. Из общей площади 5,6 млн. гектаров. Показатель определяющий: колхозы не в состоянии обрабатывать свою землю. Нынешней осенью вспахали и посеяли мало. Что будет весной да летом? На проведение полевых работ, по прикидкам специалистов, лишь горючего понадобится на 2 млрд. рублей. Где их брать? Опять будут школы да больницы крайними.
И если в нынешнем году площадь заброшенной пашни уменьшится, то причина лишь в том, что на село пришла новая сила — инвесторы, то есть структуры, имеющие средства и решившие вложить их в сельскохозяйственное производство. “Агрокоммерз”, “Випойл-Агро”, “Сельхозпродукт”, “Альфа”, “Магма”, “Холдинг-бизнес” — названия разные; а есть и просто “физические лица”: Иванов ли, Петров, но главное — вложенные миллионы, у кого сколько. “Инвесторы” — явление сравнительно молодое. Еще вчера власти относились к ним подозрительно, именуя “московскими бандитами”. Но теперь, видимо поняв, что инвестор лучше, чем бурьян в поле, их даже заманивают, возят на смотрины в разоренные колхозы.