— Серьезно? Так это у вас считается?
— И я могу ошибаться насчет имени, — прибавила я лицемерно.
— Да наверняка ошибаетесь.
— Очень может быть.
— А с другой стороны... может, и жаль, что ошибаетесь.
— Жаль? — изумилась я.
— А что? Уехал бы и я в вашу Палестину, покончил бы со всем этим, жил бы себе там припеваючи. Под пальмой на берегу моря, с апельсином в зубах...
Койот
Захаров Владимир Евгеньевич родился в 1939 году в Казани. Академик РАН. Лауреат двух Государственных премий в области физики. Автор нескольких книг стихов и многих журнальных публикаций. Живет в Москве и по нескольку месяцев ежегодно преподает в США.
После посещения сына плачу
в стиле княгини Урусовой
Дети мои, дети,
Светы мои, светы,
Внуки мои милые,
Звездочки ясные,
Что-то станется с вами,
Когда
То,
Что некогда было Россия,
Превратится в пространство для битвы
Между далеко продвинутыми,
Технически оснащенными,
Изощренными,
Беспощадными
Восточными народами
За земли Поволжья.
За нефть Сибири,
За чистую воду Байкала.
Эмигрант — скупой рыцарь
Вот оно,
Богатство мое неразменное —
Русский язык.
Спущусь в подвал,
Крышки сундуков все подыму,
Свечи все запалю,
Праздник себе устрою.
Тынянов
С его «Вазир-Мухтаром»,
Платонов,
«Чевенгур»,
Бунин —
Выбирай
Хоть «Солнечный удар», хоть «Чистый понедельник»,
Бабель,
«Смерть командира»,
Прочитал,
И уже с начинкой,
А вот Цветаевой стихи искрометные,
О каждой строчке готов говорить.
И я — скупой рыцарь?
Никакой я не скупой рыцарь.
Эй, Альбер,
Иди-ка сюда!
Возьми почитать
Хоть «Капитанскую дочку»!
Да некогда ему!
Он «дейтрейдер».
Натуралист
Когда вешние воды нахлынули,
Дерево и упало.
Верхушка в болото далеко завалилась,
Но ствол, кора, камбий —
Все к услугам моего интереса,
Только надо соблюдать осторожность, —
Там, в дуплах,
Скрываются
Окукленные,
Известные по каталогам,
Боеголовки.
Разрешите представиться — Фабр,
Да, да, из тех самых Фабров,
Пять поколений натуралистов,
Прапрадедушка мой знаменитый [1] .
Он не только энтомологом,
Но и художником был.
В популярных книгах можно видеть его шедевр:
Дохлая крыса,
Пожираемая личинками бабочек и жуков.
Я этих талантов не унаследовал,
Но со мной прекрасная цифровая камера,
Воображаю, какая будет сенсация,
Когда в «Нейчур» появятся мои фотографии.
Никто никогда еще не наблюдал,
Как из гниющего дерева
Вываливаются ядерные боеголовки.
Сюда на лошадке удобно ездить,
Стреножу ее, пусть на травке пасется.
Ежели волки — пальну из двустволки.
Целое лето у меня впереди,
До снега, надо думать, все кончится,
Главное — не пропустить момент,
Когда из дупел проклюнутся
И начнут шлепаться в болотную жижу