— Пожалуйста, поплыли. o:p/
Офицер и ишо один заскочили в лодку, приплыли на табор, показываю все документы, проверяют: всё в порядке. Спрашиваю: o:p/
— А что, заявление? o:p/
— Да, стансёр <![if !supportFootnotes]>[55]<![endif]> заявил. o:p/
— А он заявлял, что сетку украл? Мои дети видали. o:p/
— Нет. o:p/
— Ну вот, у нас легальноя разрешение, и мы имеем право по берегу ходить, до 50 метров от берегу, но мы на его берег даже не слазили, а он первый пришёл пакостить. o:p/
Офицер извинился, мы поблагодарили, дали им рыбы и пригласили: o:p/
— Когда желаете, заезжайте. o:p/
— А отсуда куда поплывёте? o:p/
— Кверху, рыба на месте вылавливается. o:p/
— Ну хорошо, спасибо за рыбу, удачи вам. o:p/
— Вам большоя спасибо. o:p/
Через два дня поехали сдавать рыбу, смотрим, полиция подплыли, оне несут сети. Поблагодарили, дали им рыбы, оне уехали. o:p/
Тут в Байгоррии познакомились с однем сиентификом <![if !supportFootnotes]>[56]<![endif]> русским с России, Евгений. Он работал одной компании именем «Астурионес де Рио-Негро», ростил осетра, завезённый с России, для чёрный икры. Но оне его обманули, сулили 10%, но, когда он всё сделал, ему отказали, и он решил уехать. Мы с нём часто стречались и дружили, он научил меня рыбу коптить, и траир копчёный получается очень вкусный. Евгений рассказал мене, что он уезжает, и есть один секрет, что у них осетёр весь уйдёт, осетёр уже был размером 40 сантиметров. o:p/
Мы вскоре уплыли выше, в ключ Трес-Арболес, от Байгоррии четыре часа плыть. Но нам повезло, в пути познакомились с новым покупателям, и лёд даёт. Он с бразильской границы, звать его Антонио Кори, бывшей полицей, на пенсии, хороший мужик, мы стали ему рыбачить. Вскоре пришлось плыть выше, так как рыба не стала ловиться. Кори нам сказал: o:p/
— Выше есть большой ключ именем Саль-Си-Пуедес, там хороша рыбалка всегда. o:p/
Ну, мы собрались, поплыли. Поднялся ветер, пошли волны, стало страшно. Марфа напугалась, не захотела плыть, мы их высадили и поплыли дальше. Марфа с Танюшкой, с Софонием и Никита на руках пошли пешком напрямик, так как река идёт зигзагами. Мы с Алексеям плыли, местами было страшно, успевали вычерпывать из лодков воду, и у нас медленно подавалось. Мы плыли сэлый день, я переживал, где Марфа с детками. Когда заплыли в Саль-Си-Пуедес, пошли с Алексеям их разыскивать. Шли мы целый час. Ну слава Богу, увидели далёко, и сразу понятно было, что уже выбились из сил. Мы бегом туда, и правды, оне уже совсем обессилели. Вода у них закончилась, но я с собой захватил воды. Увидел, как Софоний еле-еле идёт и помалкивает, у меня сразу слёзы потекли. Марфа тоже измучилась, ташшила Никиту, а он рос чижёлой, рослый, Танюшке тоже досталось, матери помогала. Ну слава Богу, добрались до лодок. o:p/
Поплыли дальше. Через час доплыли до удобного места, отаборились; поставили табор и стали рыбачить. Рыба хорошо ловилась. Через три дня Марфа собралась домой и говорит: o:p/
— Чё, Софоний, поедем домой? o:p/
— Нет, я с тятяй останусь. o:p/
Мне так было его жалко, подумай: жарко, комары, удобства никакого нету, а он всё терпит. Я уговорил его ехать с мамой, и он согласился. Марфа уехали, мы остались втроём, стали рыбачить. o:p/
Прорыбачили три недели, рыбы стало меньше и меньше. Что делать? Кори говорит, что каждый год так: траир ловится с мая по ноябрь, а летом уходит вглубь, и его трудно поймать. Что делать? Думал-думал, решил поехать в Сальто на дамбу, но на ето надо разрешение. Оставил Алексея с Танюшкой, наказал и поехал в Монтевидео в министерство за разрешением. Захожу, объясняю ситуацию и прошу разрешение в Сальто. Сказали: подожди. o:p/
Когда мы ишо рыбачили в деревне, в Гичёне заявляли, что мы рыбачим в Кегуае. И у их не получилось, оне пошли дальше к политикам, и, когда я пришёл получать разрешение на четыре года, как раз в етот день было совещание насчёт меня: выдать или нет. Тут были депутаты, что шли против. Я ничего не знал. Выходит юрист, женчина, спрашивает: o:p/
— Вы думаете продолжать рыбачить? o:p/
— Да, у меня семеро детей, и некуда податься. o:p/
Она ушла, через час выходит, спрашивает: o:p/
— Ежлив дадим вам разрешение на специяльное место, вы согласны? o:p/
— Вам виднея. o:p/
Она ушла, жду ишо час. Смотрю, завыходили человек тридцать, подходит юрист и говорит: o:p/
— Подожди маленькя. o:p/
Ишо жду час, потом подзывает, улыбается, отдаёт мне разрешение на четыре года, поздравляет, спрашиваю: o:p/
— В чём дело? o:p/
— Да тут заявление, и дошло до депутатов. o:p/
— Ну и что? o:p/
— Да ничто. Ничто оне не могут сделать, ваша ситуация выше етих законов, рыбачь себе спокойно, но будь аккуратнее, за тобой будут следить, и, ежлив найдут вину, нам придётся закрыть вам разрешение. o:p/