Я все-таки работал. Отказался от самолюбия. Считал чудом, что меня допускают работать. Считал чудом всю нашу жизнь” (письмо К. И. Чуковскому около 17 апреля 1937 года).
Но не забудем главного: именно в эти воронежские ссыльные годы, в условиях несвободы, травли и насилия, Мандельштам создает величайшие поэтические шедевры, без которых уже непредставима русская поэзия XX века. И неоспоримая человеческая и эстетическая ценность этой поэзии как-то не очень зависит от того, насколько в ней отражено стремление поэта “большеветь” и шагать в ногу со временем. Не это ли имел в виду Бродский в своем парадоксальном заявлении о том, что мандельштамовская “Ода” Сталину (1937) — это “самые грандиозные стихи, которые когда-либо написал Мандельштам”, и, “быть может, одно из самых значительных событий во всей русской литературе XX века”?70
В “Оде” поэт говорит о самоумалении и растворении в толпе: “Я уменьшаюсь там, меня уж не заметят…” (сравним с его ответом на газетную анкету 1928 года: “Октябрьская революция <…> отняла у меня „биографию”, ощущение личной значимости”). Но, растворяясь и самоумаляясь в социальном бытии, поэт в своем внутреннем развитии пришел к грандиозной космогонии тогда же написанных “Стихов о неизвестном солдате” — к высшему творческому выражению личности, способной вместить в себя и пережить всю мировую историю как апокалипсис, поглощающий миллионы жертв, миллионы индивидуальных жизней, в числе которых оказывается и его собственная. “Стихи о неизвестном солдате” стали сильнейшим поэтическим свидетельством не только сталинского времени в России, но и всего XX века, трагедию которого разделил и лично пережил Мандельштам в своей судьбе, пережил как гуманитарную катастрофу вселенского масштаба.
Хронологически последние дошедшие до нас стихи Мандельштама — “Стансы” 1937 года — вызывают, как правило, осуждение или недоумение современного читателя:
Необходимо сердцу биться:
Входить в поля, врастать в леса.
Вот “Правды” первая страница,
Вот с приговором полоса.
Дорога к Сталину — не сказка,
Но только — жизнь без укоризн…
Но ведь если вдуматься, мы снова читаем здесь о том же, с чего начал Мандельштам свой путь, — о долге сопричастности, о необходимости разделить общую вину и общую судьбу. Пройдя этот путь до конца, получив смертельную травму личности и гуманистического сознания, погибнув вместе с “миллионами убитых задешево”, поэт не нуждается в нашем оправдании.
Сурат Ирина Захаровна — исследователь русской поэзии, пушкинист. Автор нескольких книг о биографии и творчестве Пушкина, книги “Опыты о Мандельштаме” (2005). Доктор филологических наук. Постоянный автор “Нового мира”.
1 Аверинцев С. С. Судьба и весть Осипа Мандельштама. — В кн.: Мандельштам Осип. Сочинения. В 2-х томах. Т. 1. М., 1990, стр. 30.
2 Аверинцев С. С. Судьба и весть Осипа Мандельштама. — В кн.: Мандельштам Осип. Сочинения. В 2-х томах. Т. 1. М., 1990, стр. 41.
3 Там же, стр. 42.
4 Откр. 2: 27, 12: 5, 19: 15; Пс. 2: 9. См. об этом: Лекманов О. А. Книга об акмеизме и другие работы. Томск, 2000, стр. 498.
5 Мережковский Д. С. Больная Россия. Л., 1991, стр. 158 — 159.
6 Мандельштам Н. Я. Воспоминания. М., 1999, стр. 149.
7 Там же, стр. 120 — 121.
8 Мандельштам Н. Я. Воспоминания. М., 1999, С. 197.
9 Ср. у Ахматовой: “А просто мне петь не хочется / Под звон тюремных ключей” (“И вовсе я не пророчица…”, 1930-е годы); см. также этюд “Казни” в кн.: Сурат И. Опыты о Мандельштаме. М., 2005, стр. 53 — 61.
10 Мандельштам Н. Я. Воспоминания, стр. 199.
11 См.: Мандельштам Осип. Полное собрание стихотворений. СПб., 1995, стр. 650 (комментарий А. Г. Меца).
12 Кузин Б. Об О. Э. Мандельштаме. — В кн.: Кузин Б. С. Воспоминания. Произведения. Переписка; Мандельштам Н. Я. 192 письма к Б. С. Кузину. СПб., 1999, стр. 155 — 156.
13 Мандельштам Н. Я. Воспоминания, стр. 16.
14 Мандельштам Н. Я. Третья книга. М., 2006, стр. 203.
15 Мандельштам Н. Я. Воспоминания, стр. 70.
16 Установлено Омри Роненом, см.: Ronen O. A Beam upon the Axe: Some antecedents of Osip Mandel’stam’s “Umivalsja noc’ju na dvore…”. — “Slavica Hierosolymitana”, Jerusalem, 1977, vol. 1, p. 169.
17 Ibid., p. 160 — 161.
18 Правда, Надежда Яковлевна утверждала, что этот эпиграф “поставили издатели, а не автор” (Мандельштам Н. Я. Вторая книга. М., 1999, стр. 56), но вряд ли это могло быть сделано без ведома Мандельштама.