Почему, спрашивается, бес не взмыл вверх? Как салют на праздник? Как пробка шампанского? Как коленки новобрачной в первую ночь? Сказывалась неопытность Ванечки-седока. Да и бесы летают по-разному. Кто — монгольфьером (т. е. воздушным шариком лучшей конструкции), кто — мотороллером. В первом случае сиди и плавно покачивайся, вертя головой на красоты. Во втором — отобьешь все мягкие органы. Бесу тоже несладко. Ограничения по грузоподъемности у бесов имеются. Вспомните, как Ванечка, возвращаясь из облета капстран, увешанный заказанным ему москвичами скарбом, вынужден был сбрасывать вниз лишнее, чтобы стало бесу легче дышать, легче летать. o:p/
Жалко? Еще бы! Когда с воющим свистом унеслась вниз машина стиральная... Думал Ванечка — сброшу ее — остальное дотянем. Если бы... А какая машина! Не в том дело, что стирает, сушит, гладит, и даже не в том, что штопает, а в том, что перекрашивает и упаковывает в коробку с надписью «I love soap». Сашка-на-сносях хотела Аполлонова за это убить. Но ведь и крупнопопые джинсы, ей предназначенные, пришлось швырнуть вниз! Иначе Ванечка и бес вделись бы головой в пожарную каланчу у Винницы (там теперь мемориальная доска «Уанечка Апiлiнiв здеу летау»). И грелку для детских бутылочек! И набор резиновых сосок с запахом яблока, персика, груши, розового кулифуняна... Тут Сашка взвыла: «Ну яблоко! груша! Ну куда ни шло! Но кулифунян-то можно было довезти!». Она перетрясла чемоданы Аполлонова — нет, не в поисках кулифуняна, не угадали (тут она отчаялась), а чтобы уличить его в двоедушии — нашим деткам шиш, а Лешке-чувашу пачку журналов с расставленными у баб ногами! Но журналы Ванечка выкинул еще под Винницей (поэтому его любят винницкие пожарные). При чем тут цензура! Только вес. o:p/
Туда же ухнули магнитофон для Лешки с комканными бикини для его сестры (для нее же предназначенное ложе-солярий бес категорически отказался взять на борт еще в аэропорту Франкфурта-на-Майне), потом — со звоном обреченным велосипедик для малыша Тяпы. Какой велосипедик... Фары зажигал, бикал, как авто взрослое, выпускал струйку удушливого дымка, но главное, пел — разумеется, по-английски: «Хеллоу, дружок! Скорее в рот пирожок! Хеллоу, милашка! А ну-ка ешь кашку! Хеллоу, мама! Не для тебя моя рама! Хеллоу, папа! Купи самолет, стой у трапа! Хеллоу, семейка! Ну-ка пепси налей-ка! Вот такой вело-вело-вело-си-пед!..», и по новой: «Хеллоу, дружок! Ставь на педаль сапожок!..». Где теперь ржавеют его металлические селезенки?.. o:p/
Даже Утин выказал неудовольствие: «Выбросить переписку Эльзы Триоле с Арагоном! Зачем, спрошу я вас, летать в таком случае на бесах?..». Что говорить, если погребец с коллекционными винами для Вадика сгинул. Вадик (истинный друг!) молча положил Ванечке руку на плечо. Сразу видно: не мещанин. Хотя жалко. Какого (сглотнул) года? 1925-го? Чарли Чаплин пьет в фильме «Золотая лихорадка»? М-м-ы... А бордо 1934-го, из поступивших в продажу подвалов? Цвет капель граната (сглотнул) в руках наложницы султана? Фарфоровые (сглотнул) пальчики ласкают бокал?.. А отдельная коробка (из палисандра, да?) со всеми дегустационными образцами галльского коньячишки тоже (сглотнул), тоже вниз? Хоть скажи (сглотнул громко) какого цвета? От почти черного, как глаза африканки в полночь в гостинице «Хилтон» на берегу водопада Виктория? До светло-каштанового, как волосы принцессы Эжени из Лихтенштейна? У нее еще (сглотнул) веселые грудки? Я про коньяк тебя спрашиваю! Ну, не варвар?!.. Хоть бы бесу отдал! Глядишь — приободрился бы... А то бес у тебя какой-то завалящийся... o:p/
Только бес, простите, тоже не железный. Мало того, что от скрюченной позы (а как вы хотели нести на горбу пассажира?) затекают ноги (между прочим, до дрожи в ляжках), мало того, что в пути вымыться негде (а линька? а дефекация с высоты? — сделал птичку — на профессиональном жаргоне летчиков; плюс потливость), но еще и просто — человек (т. е. бес) в возрасте, а эксплуатировать пенсионеров нельзя, даже если это пенсионер-бес. o:p/
Вот почему Ванечка избавился от балласта: скинул одежду, ботинки, даже бутерброд с сыром «камамбер-а-ля-трюфель-де-матан-де-ма-метресс-е-безе-авек-политес-ан-пассион-пур-ню-бель-фам» (а куда его класть? не в исподнее же), остался верхом на бесе в синих трусах. Дикий, доложу вам, холод. o:p/
o:p /o:p
7 o:p/
o:p /o:p
«А вы как хотели? Летать на бесах, — поучал Ванечка, — это вам не бобслей. Ахнуть в воздушную яму — не тоже самое, что мимо стула. А в ухе прострел? — после стратосферы. Жужжание внутри мозжечка. Рвотные (простите за прямоту) реакции вестибулярного аппарата. Ссадины, шишки — их вообще не считают. Кубарем через голову. Если б свою! А то — беса». Несчастные синие трусы так и остались висеть у него на рогах. Фольклористы согласны во мнении, что известная русская поговорка «у чёрта на рогах» происходит отсюда. o:p/