Михаил Хейфец. Он не мог поступить иначе? — “Нева”, Санкт-Петербург, 2004, № 3, 4.
Очерк тридцатилетней давности — об Александре Ульянове и загадках дела “второго первого марта”, как называли современники заговор Александра Ульянова со товарищи. “Тогда я все-таки не был абсолютно безумным — и опустил цитату, которая поразила настолько, что, как видите, помню ее и три десятилетия спустя. Анна Елизарова-Ульянова вспомнила, что Александр однажды сказал ей: „Наш Володя — человек очень способный, но у меня нет с ним ничего общего”. И тридцать лет назад я все же догадывался, что текст с такой оценкой Ленина пройти через советскую цензуру не сможет. (Впрочем, он и без нее, как вы знаете, не проскочил.)”
Сергей Чесноков. Московский концептуализм. Пригов и Рубинштейн. — “Знание — сила”, 2004, № 5.
“Меня поражает основательность и четкость, с какой работает Дмитрий Александрович”.
Дмитрий Шеваров. “Прощай до свидания…” Размышления вослед пушкинским письмам. Читательский дневник. — “Урал”, Екатеринбург, 2004, № 6.
“Взявшись за свои наивные комментарии, я понимал, что это будет „путешествием дилетанта”. <…> Я прислушивался не к уму, а к сердцу и в каких-то своих догадках, возможно, ошибся. Но ведь в минуту тихого благодарного чтения и вы находите у Пушкина прежде всего отзвук своим мыслям, чувствам, воспоминаниям… И он не всегда „научно обоснован””.
См. также: Дмитрий Шеваров , “Парад облаков. (Рассказы из летней тетради)” — “Новый мир”, 2004, № 6.
Михаил Шкаровский. Богостроительство Третьего рейха. Крушение империи похоронило под своими обломками нацистский мистицизм и германское язычество. — “НГ-Религии”, 2004, № 8, 12 мая <http://religion.ng.ru>.
“На первом этапе неоязыческое германское движение еще должно было оставаться „по тактическим соображениям без государственного признания в качестве религиозного сообщества”. Через 10 — 15 лет ситуацию планировалось изменить: „Государство признает германско-нордическое религиозное движение. Оно базируется на исторически обоснованной, свободной от христианства религии и развивает соответствующие государственной религии религиозные формы в частной жизни”. На этом промежуточном этапе ставилась следующая цель: „Воспитанная в национал-социалистическом духе молодежь сменит тесно связанное с Церковью старшее поколение, которое отомрет”. И, наконец, „приблизительно через 25 лет” государственная религия должна была вступить в силу”. Автор — доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Центрального государственного архива Санкт-Петербурга.
Составитель Андрей Василевский.
“Вопросы истории”, “Дорога вместе”, “Дружба народов”, “Звезда”,
“Новое литературное обозрение”
Данила Давыдов. Аскетизм естественного отбора. — “Новое литературное обозрение”, № 65 (2004, № 1) <http://magazines.russ.ru/nlo>.
“[Виталий] Пуханов, при всех возможных параллелях и пересечениях с коллегами по цеху, предстает едва ли не единственным сознательным выразителем идеи о том, что поэтическое ремесло — сакрально. Он явно ощущает себя ответственным за „потерянное поколение”:
Себя мы в детстве плохо повели.
Нас вывели из образного ряда,
Зашив карманы, выдавив угри.
По яблоку надкушенного взгляда —
Ногтем редактора, прививкой против тли,
В остывшем гении перемешав угли, —
Дипломы выдали и выгнали из сада.
Из детского, вишневого, пешком!
Пустеть в садах словесности российской,
Где мальчиком резвился босиком
И бабочек ловил, и василисков.
Желание читателя сопротивляться подобной позиции — крайне архаичной и одновременно вполне отрефлексированной, как это и пристало современному литератору, — сталкивается с тем, что стихи Пуханова выше любой авторской идеологии, — и возникает тот самый катарсис, о котором применительно к современной культуре принято говорить как о крайне проблематичном понятии. Тем не менее стихи Пуханова, их действие оказываются неотменимыми”.