“Детское тело в детской литературе 1920 — 1930-х годов оказывается лишенным каких-либо гендерных признаков, в духе описанной Лакером средневековой модели единого внеисторического тела <...>. Поэтому и у девочек, и у мальчиков в равной степени ценятся сила, ловкость, быстрота ног и крепость рук. Отсутствие (или, скорее, редукция) гендерных отличий ведет к таким сюжетным моделям, как взаимозаменяемость героев противоположного пола, особенно популярная в детских „шпионских” книжках 1920-х годов”.
Павел Басинский. Одноразовая литература длительного пользования? — “Москва”, 2008, № 1 <http://www.moskvam.ru>.
“<…> сегодня бессмысленно писать просто хорошие тексты. Все хорошие тексты сегодня относительны и потому одноразовы. <…> Если писатель сегодня не ставит перед собой сверхзадачи, не пытается открыть принципиально новый „формат”, его дело заранее безнадежно проиграно. Если это писатель с именем (условно говоря, от Аксенова до Распутина), он, разумеется, имеет полное право сохранять и охранять свой status quo. <…> Но молодой писатель, вступая в эту реку, не имеет права просто плыть кролем. Он как минимум должен пройти по воде аки посуху”.
Павел Басинский. “Иное” Бориса Екимова. — “Литературная газета”, 2008,
№ 22, 28 мая — 3 июня <http://www.lgz.ru>.
“В последнее время я прихожу в ярость, когда слышу о большом русском писателе, что это, мол, прежде всего не художник, а публицист. Что это, мол, не художник в чистом виде, а очеркист или общественный трибун. Больше того, в последнее время мне категорически не нравится, когда слишком многозначным словом „художник” подменяют внятное понятие „писатель”, т. е. человек, владеющий даром письменного слова в какой бы то ни было форме”.
“Да, Борис Екимов — публицист. Он единственный из современных больших русских писателей взял на себя ответственность быть хроникером и советчиком в той области русской жизни, которую другие чистые „художники” брезгливо отмели от
себя левой ногой”.
См. также: Алексей Варламов, “Справедливость” — “День литературы”, 2008, № 5, май <http://zavtra.ru>.
Павел Басинский. Чехов по-русски и по-английски. — “Москва”, 2008, № 2.
“Все так называемые „открытия”, связанные с биографией писателя, как правило, ограничиваются тремя „находками”. Первая: Чехов был гиперсексуалом, безжалостным по отношению к женщинам. Вторая: Чехов был антисемитом (его обширная и до сих пор не до конца доступная переписка с Сувориным и некоторые дневниковые записи). Третья: Чехов был не „добрым доктором”, а холодным циником и прагматиком. Если свести все „открытия” воедино, то личность Чехова можно обрисовать одним словом, которое я, кстати, весьма часто слышал от людей литературы и искусства, как раз с восторгом отзывающихся о творчестве писателя, особенно театральном. <...> Просто удивительно, насколько извращенным стало сознание литературной и артистической среды в ХХ веке! То, что Чехов был якобы „чудовищем”, не только не убавляет к нему симпатий со стороны людей искусства, но, напротив, делает его своим, понятным и даже притягательным”.
Евгений Белжеларский. Штурм Иерусалима. — “Итоги”, 2008, № 21 <http://www.itogi.ru>.
“Метафизическим чутьем автор не обделен, способностью к гротеску тоже. Только одно „но”. Влюбиться в героя, идти с ним до полной гибели всерьез — вот этого здесь нет. Причина проста: интереснейшее сочинение [Владимира] Шарова [“Будьте как дети”] — что угодно, но не роман. Соорудить таковой он и не пытается. И если по объему (500 страниц как-никак) и масштабу философских коллизий книга вроде бы соответствует указанному жанру, то форма выбрана совершенно иная. Словно чувствуя, что должным образом развернутый текст не будет прочитан как надо, Шаров идет кружным путем, лишь обозначая сюжетные возможности, — словно фехтовальщик, наносящий мнимые уколы в безопасном спарринге. До настоящего, с кровью, поединка дело не доходит”.
Игорь Белов. Очень надо быть героем нашего времени, по-другому никак... Беседовал Захар Прилепин. — “АПН — Нижний Новгород”, 2008, 6 мая <http://apn-nn.ru>.
“Мне кажется, у современного поэта море проблем, и связаны они не с поэзией, а с образом поведения, абсолютно несовместимым с жизнью. Думаю, что если бы мы пили поменьше, то все было бы хорошо”.