“Философа, которого не кормит своя разведка, будет кормить чужая”.
Наталья Павленко . Облик молодого поколения в рок-поэзии конца ХХ века. — “Литература”, 2004, № 21, 1 — 7 июня.
Виктор Цой и Александр Васильев. Автор учится в 11 классе многопрофильной гимназии № 22 (г. Белово, Кемеровской области).
Глеб Павловский. Россия все еще ищет свою роль в мире. В Послании президента к Федеральному Собранию внешнеполитическая часть едва различима. — “Независимая газета”, 2004, № 108, 31 мая.
“Россия как мировой субъект — недооцененный актив”.
Петр Палиевский. Пушкин в движении европейского сознания. — “Литературная газета”, 2004, № 22, 2 — 8 июня.
“<…> византийцы, первые в христианском мире поднявшиеся к высотам культуры, вплоть до XII века именовали народы Запада „темными и бродячими племенами”; из Франции мы не раз слышали голоса, что Европа, собственно, кончается за Рейном; в Англии было изобретено, и не без основания, понятие „островитян”, мало склонных подчинять свой интерес каким-то общим целям, а в Германии, как мы хорошо знаем, были достаточно распространены стремления рассматривать себя как европейский форпост против славянского вообще и русского в частности варварства. Там даже не успели заметить, что те же настроения переместились из Европы за океан, и известный Теодор Рузвельт писал своему другу, английскому дипломату Сесилю Райсу, что русские „настолько же ниже немцев, насколько немцы — нас””.
См. также: Юрий Карякин, “Пушкин — напоминание России о том, какой она могла бы стать” — “Новая газета”, 2004, № 39, 3 июня <http://www.novayagazeta.ru>; “<…> без „пушкинской прививки” подростку подходить к Достоевскому опасно, порой даже смертельно опасно”.
Виктор Пелевин. “Было ясно, что затаившиеся в СМИ извращенцы не простят мне „ДПП””. Беседу вела Наталья Кочеткова. — “Известия”, 2004, № 102, 10 июня.
“Я знал, на что иду (на что?! — А. В. ), когда писал „ДПП” — с самого начала было ясно, что затаившиеся (? — А. В .) в СМИ извращенцы не простят мне этой книги. Но я все равно решил дать им неравный (? — А. В .) бой. И теперь все они сбросили маски, выдали себя, и мы знаем, кто есть кто в нашем литературном и журналистском коммьюнити (курсив мой. — А. В. ). Если серьезно, что бы я ни напечатал после такого перерыва, сказали бы то же самое. Если коротко суммировать то, что писала обо мне критика все эти годы, получится примерно следующее: я начал с грошовых придумок, написанных отвратительным языком, и с тех пор стремительно деградирую, с каждым годом опускаясь все ниже и ниже. Иногда мне становится интересно, есть ли дно у этой бездны или я буду падать в нее бесконечно? В этом, право же, есть какое-то люциферическое величие, которым я упиваюсь в трудные минуты. А насчет повторов — я ведь и буквы заимствую из алфавита, а слова в моих книгах вообще одни и те же. Удивительно, как этого еще никто не подметил. Что касается продолжения, то почти все мои романы связаны между собой тонкой ниточкой — например, в „Generation ‘П’” появляется лама из „Чапаева”, в „Числах” упоминается космический центр под Лубянкой из „Омона Ра” и так далее. Они описывают один и тот же мир”.
См. также: Алла Латынина, “Потом опять теперь” — “Новый мир”, 2004, № 2.
См. также: Ирина Роднянская, “Этот мир придуман не нами” — “Новый мир”, 1999, № 8.
См. также: Ирина Роднянская, “...и к ней безумная любовь...” — “Новый мир”, 1996, № 9.
См. также: Виктор Пелевин, “Желтая стрела” — “Новый мир”, 1993, № 7.
Ральф Петерс. Постоянный конфликт. Перевел Илья Иоффе. — “Левая Россия”. Политический еженедельник. 2004, № 8 (107), 25 мая <http://www.left.ru>.
“Мы входим в новое Американское столетие, в котором мы будем еще богаче, еще культурно беспощадней и еще могущественнее. Мы будем возбуждать беспрецедентную ненависть”.
“Будущее великолепно — и оно также очень мрачно”.
“Одним из определяющих противоречий будущего станет конфликт между хозяевами информации и ее жертвами”.
“Американская культура есть культура средств, а не цели, — динамический процесс, который создает, разрушает и опять создает. Если неустойчивы наши труды, то таковыми являются и величайшие дары жизни — страсть, красота, прозрачность света в зимний полдень, да даже и сама жизнь. Американская культура — живая. Яркость, жизненность находят отражение в нашей военной силе; мы не ищем ультимативных решений — только постоянное улучшение. Все предшествующие культуры как в общем, так и в военном плане стремились достигнуть идеальной формы жизни и зацементировать ее. Американцы, как в форме, так и без, всегда предпочитали перемены (отдельные индивидуумы им противились, и их консерватизм был здоровым ограничением национальных крайностей и излишеств). Американская культура есть культура бесстрашных”.