На полу, вокруг Юлия, образовалась лужа черной жижи. В следующее мгновение жижа стала медленно тянуться к потолку. Черные столбики переплетались друг с другом, и через пару мгновений, над магом тьмы стоял его двойники, созданный будто из черной жижи.
Он раскинул руки, и пальцы вытянулись в длинные когти. Через мгновение, тень бросилась ко мне.
Я успел выставить антипатическую защиту и увидел, как тень стала колебаться, приблизившись ко мне, будто на нее сильно дул ветер. В следующее мгновение она, вместо того, чтобы ударить меня, бросилась в сторону, к женщине-налетчице.
— Помогите! — Вскрикнула она, — Ивор хочет меня прикончить!
— Проклятье! — Крикнул я и метнул уроборос.
Клинок просвистел в пространстве и впился в спину тени, когда та была уже за пару шагов до женщины. Когда это произошло, тень застыла на месте, как статуя.
Прозвучали выстрелы. Вольфстраттен разрядила в тварь всю обойму, однако пули просто потянули в черной жиже. Магическое создание осталось стоять.
— Это ульта, — проговорил я, глядя на застывшую тварь.
В следующее мгновение двойник начал просто впитываться в клинок. И спустя полминуты исчез, а Уроборос упал, вонзившись в пол у ног женщины. Та посмотрела на меня ошарашенными глазами.
— Ты… ты спас меня…
Внезапно, что-то защелкало на ошейнике парня, я взглянул на него и увидел, как все оставшиеся ампулы ввели свое содержимое в тело бедолаги. А порто разом отстрелялись.
— Это не хорошо, — нахмурился я.
— Что? Что нехорошо⁈ — Напуганными глазами посмотрела на меня женщина, — весь Лазарь ввелся за один раз, ведь так?
— Лазарь? — Нахмурился я.
— Да! Я слышала, как отвалились ампулы! — Закричала она, объятая настоящим ужасом, — спасайтесь, немедленно! Помогите! Вытащите меня отсюда! Проклятый Патрицин!
— Что происходит? — Спросил я.
— Оператор запустил последний протокол!
Черные жуткие прожилки, толстые, как палец, проявились на голом торсе Юлия. Он задрожал, словно в припадке эпилепсии. А потом открыл глаза. Из них струями ударил черный дым.
Глава 27
— Что происходит⁈ — Закричала Вольфстраттон.
— Он сейчас… — Криком ответила на ее крик мужеподобная.
— Взорвется! — Закончил я ее фразу и метнулся к аквариуму Коржика, — открывай портал! Быстрее! — Закричал я, взяв улита на руки.
Маленькое существо посмотрело на меня изумленными изумрудными глазами, а я побежал обратно в комнату.
Увидел, как Юлий лежал в коридоре. Теперь и его рот был широко распахнут, а черный дым вырывался клубами и из него. Тем не менее, дым будто растворялся в воздухе. Почерневшие руки мага тьмы мелко дрожали.
Я усадил коржика на столик.
— Открывай!
— Нам не спастись! Всю квартиру разнесет! — Закричала налетчица.
Вольфстраттон же подбежала ко мне, заорала прямо в ухо:
— Что ты делаешь⁈ Нужно спасаться!
— Взрыв будет необычным, — сказал я, не отводя взгляда от коржика, — это магия тьмы.
Коржик, словно услышав мои слова, среагировал. Я увидел, как кольца на его панцире стали вращаться, а сам он расти.
— Быстрее! К стене! — указал я на дальнюю стену, — оттащи ее!
— Она тяжелая!
Не говоря ни слова, мы подскочили к налетчице и потащили ее к противоположной стене. Потом раздался страшный хрип, и черный туман буквально заклубился во входе в коридор. Происходила загадочная детонация, которой я еще никогда не видел.
Стена, что отделяла коридор от спальни принялась разрушаться, начала гнить. Почернели потолок и пол. Дверной косяк стал разваливаться на куски. Вся эта тьма приближалась.
Потом заскрежетал камень. Панцирь Коржика разросся до таких размеров, что проломил перегородку в кухню-гостиную. Перед нами почернел вход раковины.
Вольфстраттен с изумлением смотрела на все происходящее. Однако налетчица была изумлена еще сильнее. Она прямо-таки раскрыла рот.
— Внутрь! Давайте! — крикнул я, и мы с Вольфстраттен потащили налетчицу в раковину.
В следующее мгновение я услышал, как хрипение усилилось. За спиной будто бы задул чудовищный черный ветер. Позади, там, где только что была противоположная стена комнаты, у которой мы притаились, пока рос панцирь, разверзлась черная бездна. Ни стены, ни кресла, ни аккуратного журнального столика, ничего этого не стало. Только тьма.
Тьма, было, попыталась пройти и внутрь осколка, однако, ей не удалось этого сделать. Пелена междумирья перекрыла ей путь. Мы немедленно оказались в Саду.