Тот, кто назвал себя магом, кивнул.
— Как тебя зовут, жертва? — поинтересовался у меня.
Он снова что-то сделал, и саднящее, обгоревшее на солнце лицо перестало болеть. Заодно я почувствовала себя значительно лучше, словно ко мне вернулось не только знание изначального языка Андалора, но и часть растраченных в этом городе и под палящим солнцем сил.
— Жертва, — повторила за ним. — Я что, сплю?
— Не похоже, — усмехнулся незнакомец.
— Может, я умерла и это загробный мир?
— Тоже не угадала, хотя ты была в шаге от него. И все-таки, как твое имя? Или мне и дальше называть тебя «жертвой»?
На жертву я не согласилась, покачала головой.
— Ли… — начала было, но осеклась.
Хотела ему сказать, что меня зовут Лизавета, но внезапно поняла, что это словно трудно произнести на новом языке. Лизой меня звали только близкие люди, а от «Лизок», «Лизхен», «Лизетт» или «Лизунчик» тошнило, так что…
— Элиз, — сказала ему. — Меня зовут Элиз.
Таким именем меня всегда называла бабушка, и мне оно очень нравилось.
— Откуда ты, Элиз? — поинтересовался мой спаситель.
Не успела я придумать, как вместить в этот язык слово «Россия» и вообще, стоит ли вмещать, потому что о моей родине здесь вряд ли слышали… Да и у нас исконный андалорский не входил в школьную программу.
Как и магия.
— Похоже, в Сирью тебя увезет кое-кто другой, — неожиданно произнес мужчина.
Повернул голову и, нахмурившись, уставился в безоблачное, ярко-голубое небо, словно пытался в нем что-то высмотреть. Вот и я посмотрела, но так ничего и не увидела.
— Мне придется тебя оставить, — добавил он.
— Что⁈ Нет! — в полнейшем ужасе воскликнула я, испытав истерическое желание сейчас же вцепиться в его куртку или повиснуть на одном из ужасающих скатов, которые сейчас не казались мне такими уж и страшными.
Так, мирно колыхались в метре над землей. Шевелили щупальцами, раздувая своим дыханием песок.
— Прошу, не оставляй меня! Ты не можешь бросить меня одну в этом ужасном месте!
— Тебя заберут другие, — покачал он головой.
— Но меня же здесь сожрут! Снова нападут пауки или летающие простыни!
— Пустынный Патруль, он уже близко, Элиз! — терпеливо произнес мужчина. — Это их прямая обязанность — следить, чтобы ни с кем не произошло того, что сделали здесь с тобой. Они и заберут тебя в Сирью, а заодно помогут разыскать своих. Мне же лучше не показываться им на глаза.
— Но как они меня найдут⁈ — воскликнула я.
— Я оставлю метку. И вот еще… — он протянул мне кинжал. — Возьми на всякий случай. Но Темных поблизости нет, я их не чувствую. Так что ты в безопасности.
Я тоже ничего не чувствовала, кроме переполнявшего меня отчаяния из-за того, что этот человек — маг и воин, спасший мне жизнь, — собирался улететь.
Но если не он, то кто должен меня отсюда забрать? И что это за Пустынный Патруль? А что, если они пролетят мимо, — что мне делать в этом случае⁈
— Найду тебя в Сирье, жертва! — усмехнулся маг. — Прощай, Элиз!
Затем взял и улетел, напрасно я молила взять меня с собой. И скаты, похожие на ковры-самолеты, потащились за ним — все быстрее и быстрее, набирая скорость.
Вскоре они исчезли из виду, растворились в жарком воздухе пустыни, а я так и осталась стоять, глядя им вслед.
Внезапно подумала, что так и не спросила, как его зовут. И даже толком не поблагодарила за свое спасение и не поругалась из-за того, что он меня бросил!
Ну что же, я снова осталась одна. Стояла, совершенно несчастная, прислонившись к обломку колонны. Сжимала в одной руке кинжал, во второй — перцовый баллончик и совершенно не чувствовала себя вооруженной или же в безопасности.
Тоскливо смотрела в небо — в ту самую сторону, куда до этого глядел мой спаситель.
Улетел он в противоположную, и обратно я его не ждала. Вместо этого надеялась на обещанную помощь, но небо все так же оставалось голубым, безоблачным и полностью безлюдным.
В голову принялись закрадываться совсем уж неприятные мысли. Неужели незнакомец меня бросил⁈ Спас от пауков, а затем сбежал, пожалев место… на своем скате⁈
Мне не хотелось в такое верить, но к горлу стали подбираться слезы, хотя плакать было совершенно нечем.
Ну что же, мне оставалось только ждать.
Помня о некой метке, далеко уходить я не стала. Лишь обогнула колонну, потому что мне было не по себе от валявшихся повсюду обугленных трупов непонятных существ. Нашла себе место в относительной тени и снова уставилась в небо.
…Шорох, похожий на шелест бегущей по песку многоножки. Я дернулась, но прежде, чем успела хоть что-то сообразить — потому что все еще всматривалась вдаль, в которой мне привиделось несколько темных точек…