-А ты вполне симпатичный, если присмотреться.
Монстр успокоился и замер, прислушиваясь к окружающему пространству. Ротовые лучи с присосками стянулись в кучку, образуя забавную морду похожую на завязанный узелок. За этим узелком стали видны два пучка тёмных щупалец с розовыми шариками на концах. И на каждом шарике был чёрный блестящий глаз с пушистыми ресницами! Животное вдруг стремительно переместилось к большому валуну, заросшему толстой шубой сиреневого мха. Снова раскрылся жуткий рот с присосками и накрыл почти весь камень. Клочки мха, торчащие из пасти, мгновенно ссохлись и потемнели. Мне стало смешно, хран посчитал опасным травоядное! Я собрал пушистую кучу мха с другого камня и материализовался в пределах видимости зверя. Пучки глаз зашевелились смешно моргая, пасть стала медленно освобождать камень с выжатым досуха мхом. К тому моменту как ротовые лучи снова сложились в узелок, оба пучка глаз не отрываясь смотрели на угощение в моих руках.
-Ну, иди сюда мой хороший
Я старался говорить как можно спокойнее и ласковее, и всё равно зверь дёрнулся от звука моего голоса. Распустив на мгновение звезду, рявкнул коротко. А затем, захлопнув пасть, снова уставился на протянутый в его сторону корм. Я чувствовал его заинтересованность, но всё равно, мгновенное появление раскрытой розовой звезды с присосками над головой оказалось почти неожиданным. Пасть стала медленно опускаться ниже, и не выдержав я заткнул её как подушкой, огромным комом мха. Звезда схлопнулась, животное несколько мгновений постояло, вращая всеми глазами, потом шумно сглотнуло и выплюнуло комок сухих тёмных волокон. Приблизив морду к моему лицу, это одновременно жуткое и забавное чудовище уставилось на меня всеми своими глазами. Тонкий пушок на морде шевелился, словно принюхиваясь. И даже цветущий куст на голове поворачивался как антенна. Убрав наконец от меня морду, зверь рыгнул и плавно скользнул к следующему замшелому валуну.
Чтобы не уполз далеко, я быстро содрал мох с ближайших камней и сложил перед ним в кучу. Занявшись резкой плит, пока зверь жевал, хлопая на меня задумчивыми глазами. Отправив заготовленные плиты на свой холм. Стал думать, как заманить к его подножию ползуна. Но едва я отошёл в сторону глазастый мохоед потянулся за мной. Моё перемещение по воздуху, его тоже не остановило. На следующий день, зверь сам нашёл дорогу на место ночёвки, уже со мной на спине. Придётся придумывать седло, сидеть на сокращающемся при движении теле, не очень удобно. Долго думал, как назвать своего ползуна, понять какого он пола я никак не мог, поэтому нужна была кличка, подходящая для всех. Устав ломать голову, назвал Листиком. Пучки листьев и тонких веток, животное осушало так же, как и мох.
Наконец домовое дерево прижилось, распустились почки и начали отрастать первые веточки. Значит корни, достигли воды и теперь оно не погибнет без длительного присмотра. Ожидая укоренения, я исследовал долину сверху и верхом на своём питомце. Пытался выяснить, какие ещё формы фауны здесь существуют. Перемещался один в другие точки планеты, но видел только невероятно интересных насекомых и птиц. И хотя чувствовал наблюдение из укромных мест, рассмотреть живность крупнее не удалось. Оставив ползуна на вольном выпасе и пообещав вернуться, я отправился на Белый Ангел.