Ближе к утру мы все-таки распрощались с Лизой. Она уговаривала меня зайти попить чайку, но я отказалась. Перед уходом домой я заставила девушку поклясться, что она больше не будет пытаться хоть как-то навредить Моне. Лиза, скрепя сердцем, пообещала мне это, и я со спокойной совестью ушла домой.
На следующий день проснулась я около полудня и с удивлением обнаружила у своей кровати злого Лексуса. Оказывается, добрая Моня уже доложила ему обо всем случившемся. Она все утро капала ему на нервы, обвиняя Лизу во всех грехах и требуя немедленно изгнать ее из деревни. Друг держался, сколько мог, но потом гаркнул на девушку и выставил ее из домика проветрить мозги. А потом вошел ко мне, дождался моего пробуждения, и дальше целый час выговаривал, грозился снова привязать к кровати и запереть в комнате на всю оставшуюся жизнь.
Не знаю, сколько бы это продолжалось, но неожиданно мне на помощь пришли Михалыч и Юми. Они вообще за последнее время неплохо так спелись. Они убедили Лексуса в правильности моих действий, аргументируя это тем, что благодаря мне Моня осталась цела, а Лиза хотя бы на время успокоилась.
Друг, скрепя сердцем, отстал от меня, но пригрозил, что еще одна такая моя выходка, и я буду до конца месяца сидеть на цепи и пить касторку. Лексус ушел спать, а после, проснувшись в уже более хорошем настроении, вручил мне сверток.
— Что там? — удивленно спросила я.
— Да так, подарок. Хотя после вчерашнего ты его не заслужила.
Я вскрыла бумагу и увидела пленочный фотоаппарат и несколько кассет с пленкой.
— Это просто невероятно! — радостно сказала я и бросилась обнимать Лексуса.
— Разберешься? — с усмешкой спросил мужчина.
— Конечно! У меня раньше был похожий. Достался от дедушки. Я когда-то столько снимков сделала! Но как ты узнал?
— Забыла, где я раньше жил? У тебя дома фотоаппарат видел и фотографии. Очень даже неплохие, между прочим. Значит, я угадал, да? Ты и фотографировать умеешь, и пленку проявлять?
— А то! Училась у лучшего! Жаль, недолго.
Я замолчала, вспоминая те далекие времена. После того, как отец бросил нас, я все никак не могла прийти в себя. Плакала дни напролет, ждала его. Тогда дедушка достал с антресолей чемодан, где я нашла настоящую маленькую фотостудию! Новое хобби захватило меня. Я фотографировала все подряд и даже подумывала продолжить заниматься этим после школы, но мама решила иначе. Почему я побоялась тогда дать ей отпор, до сих пор не понимаю. Наверное, я всегда была размазней.
— Хорошо! Тогда будешь у нас штатным фотографом! — вывел меня из задумчивости голос друга. — Все необходимое я достану. А пока давай задокументируем сегодняшнее важнейшее событие!
— Да? А какое?
— Мы начинаем всеобщий переезд! Первые добровольцы уже сегодня отправятся в военный городок. Кстати, Михалыч созвал всех на собрание, так что идем, и фотоаппарат не забудь!
С этими словами Лексус вышел из дома, а я радостно выбежала за ним. И действительно, вся деревня собралась на пустыре недалеко от домика Михалыча. Люди шутили и смеялись, стараясь теснее прижаться друг к другу. Дети, весело смеясь, носились вокруг взрослых. Я, не в силах удержаться, навела фотоаппарат на эту умилительную картину и сделала первый снимок.
— Так, а сама на общей фотографии что, не хочешь быть? — спросил Михалыч, приближаясь ко мне.
— Хочу, но тогда кто-то другой не попадет на общий снимок.
— Не переживай, сейчас что-нибудь придумаем! — сказал мужчина и куда-то исчез. Через пять минут он вернулся со штативом, куда мы водрузили фотоаппарат. Я занялась настройкой камеры, выстроила кадр и нажала автоспуск. Люди замерли, а я быстро рванула к толпе, где меня сграбастал в свои медвежьи объятия Лексус.
Раздался щелчок, а потом кто-то недовольно стал требовать сделать еще один снимок, так как он моргнул. Мы сделали еще несколько подходов, а потом разбежались по домам. Впереди был трудный переезд, и нам всем надо было готовиться к новой жизни на новом месте.
Глава 42
К осени мы все перебрались в военный городок. Оказавшись внутри, я поняла, что зря волновалась. Это была не жуткая тюрьма, а вполне приемлемое место для жизни. За серыми стенами располагались несколько общежитий, столовая, баня, магазин и даже небольшой клуб. Центр занимал плац, рядом с которым располагался штаб.
Но самым ценным оказались склады с оружием и парк техники. Чего там только не было! Лексус в течение трех часов водил меня среди танков, бронированных машин, ракетных комплексов. С упоением он рассказывал об их назначении, перечислял характеристики. А я смотрела на него, думая, сейчас мне ему сказать, что я ни фига не понимаю, что он мне пытается объяснить, или потом. Но, глядя на счастливое лицо друга, я все-таки решила кивать с умным видом и притворяться, что все понимаю и тоже восхищаюсь этим чудом современной мысли.