В конце концов, чертыхнувшись, я отправился проверять дозорных. Ну и Женю заодно. Но неожиданно мне навстречу выбежал один из солдат. Он был взволнован, чуть не пролетел мимо, но, заметив меня, сразу же остановился и затараторил:
— Глава, у нас беда… Женя, она…
— Что? — зарычал я и так тряхнул бедного дозорного, что тот чуть не отключился.
Мужик ойкнул, а потом все-таки смог выдавить из себя:
— Она, кажется, с ума сошла! Палит по живым людям!
Глава 66
Женя
Наступил вечер, и я отправилась к главному пропускному пункту. Там уже собрались патрульные. Примкнув к одной из групп, я дождалась, когда нас распределят по участкам, и вместе с несколькими деревенскими отправилась в обход. Мои товарищи шли впереди и о чем-то весело болтали, я же плелась далеко позади, стараясь лишний раз не попадаться им на глаза.
Сначала мои спутники пытались втянуть меня в разговор, шутили над моими недавними приключениями, но потом, устав от моей хмурой мины, отстали от меня, переключившись на более интересные темы. Несколько часов мы бродили вдоль стен, обошли все поселение, а потом сменили на очередном посту людей и стали наблюдать за тем, что творилось за стенами гарнизона.
Время тянулось медленно, вокруг все было тихо и спокойно. Около трех часов ночи мои спутники начали откровенно зевать, а потом и вовсе уснули, но мне было не до сна. Я, воспользовавшись ситуацией, стала внимательно изучать обстановку вокруг. А потом и вовсе слиняла и стала бродить вдоль ограждения. Как я поняла, не все дозорные ответственно относились к своим обязанностям. Люди успешно дрыхли на постах, да и обходчики толком не следили за тем, что происходило в самом поселении. При таком раскладе осуществить задуманное я могла на раз. Мне необходимо было лишь дождаться, когда люди устанут и уснут, а потом тихо, не привлекая внимания, покинуть гарнизон.
С одной стороны, я обрадовалась такому положению дел. Все-таки я могла практически без проблем уйти, но с другой — я волновалась о жителях. Они расслабились, забыли, от кого мы прятались за высокими стенами с колючей проволокой, а значит, были в опасности. “Как мог Лексус такое допустить? Чем они с Михалычем вообще занимаются?”- разгневанно думала я, а потом мне в голову пришла идея оставить другу письмо. Да, я подставляла нерадивых патрульных, но это было необходимо. От этих людей зависела наша жизнь, и я не могла оставить все как есть.
Я представила, как разозлится Лексус, когда я уеду, и поежилась. “Кажется, здание гауптвахты будет пустовать недолго!” — мелькнуло у меня в голове. Задумавшись, я направилась на свой пост, но не успела зайти внутрь, как услышала, как молодой парень из нашей группы с кем-то громко разговаривает. Сначала я подумала, что кто-то из старших проснулся, но поднявшись на вышку, увидела, что он один. Я его окрикнула. Услышав мой голос, парень вздрогнул, уставился на меня пустым взглядом, а потом стал нервно показывать куда-то за стену.
Кинувшись к ограждению, я посмотрела вниз и увидела девушку, стоящую прямо за воротами. Я окрикнула незваную гостью, и та резко вскинула голову. В этот момент я услышала слабый тихий голос. Он так сильно походил на голос Ани, что у меня сжалось сердце. Мне тут же захотелось броситься к дверям и открыть их, но что-то не давало мне этого сделать. Непонятное чувство тревоги сковало тело, отчего я застыла, как каменное изваяние.
Парень, вставший рядом, тут же стал трясти меня, указывая на ворота. Ему не терпелось впустить незнакомку, но я отмахнулась от него и попыталась собрать мысли в кучку. Что-то такое уже происходило, но я все никак не могла понять, когда и с кем. Голова немного кружилась, и мне было трудно сосредоточиться. Голос звал, терзая душу. Образ Ани все время всплывал в голове, в какой-то момент я стала видеть дочку в этой девушке, и от этого хотелось выть.
“Так, соберись, тряпка!” — мысленно дала я себе пинка, но тут же мой взгляд опять упал на гостью.
— Мне больно! Пожалуйста, открой мне! Они рядом! Я не хочу умирать! — доносилось до меня, но я постаралась не обращать внимания на жалостливые просьбы.
Я стала внимательнее рассматривать девушку. Стояла глубокая осень, так что теплый свитер и шапка, надвинутая на глаза, меня не удивляли, но я не могла отделаться от мыслей, что где-то уже все это видела.