— Ладно, допустим! — сказал Пушной, поднимая руки вверх. — Но тогда давайте решим и вопрос с бункером! Кто за то, чтобы его открыть и, наконец, прекратить страдания тысячи невинных людей?
И снова в зале начались обсуждения. У меня задергался глаз. Я как никогда ждала решения. Пушной с усмешкой смотрел на меня. Наверное, думал, что если все проголосуют за, то я буду в бешенстве. Наивный! Если бы он только знал, как искренне я бы обрадовалась такому решению!
Снова загорелось табло, и на экране появились цифры. Большинство было против, и также многие были за открытие. Разрыв был небольшой, а это значило, что голосование не могло быть засчитано. Необходимо было абсолютное большинство в принятии вопроса. Все застонали, чувствуя, что теперь придется еще долго обсуждать данный вопрос, чтобы прийти к общему решению. Но внезапно помощь пришла со стороны теневой верхушки.
Из тайной ниши поднялся человек, на которого я сначала не обратила внимания. А зря. Он заметно выделялся среди остальных. Высокий и смуглый, мужчина буквально прожигал всех своими черными глазами. Властным голосом он призвал присутствующих успокоиться. В зале моментально воцарилась тишина, видимо, его здесь знали и боялись. Мужчина обвел всех равнодушным взглядом, после чего обратился к собранию:
— Предлагаю в данном вопросе позволить принять решение тем, кто непосредственно знает все детали происходящего. А именно — Древним. Таких, как теперь выяснилось, трое. Мария Вяземская, как я знаю, в отказниках и, как мне известно, отдала свой голос Олегу. Решение девушки мы знаем. Теперь слово за Олегом Алексеевичем. И так, ваше решение?
Я с грустью смотрела на старого друга. Он стоял, о чем-то задумавшись. Подняв на меня взгляд, он грустно улыбнулся. “Пожалуйста!” — тихо шепнула я, но Олег понял меня. Он выпрямился и уверенно стал за трибуной.
— И так, если никто не возражает, я объявлю решение. Бункер триста шестьдесят шесть и дальше будет запечатан, а его территория будет тщательно охраняться.
— Но послушайте! — хотел было опять возразить Пушной, но Олег его грубо прервал.
— Я все сказал! Собрание окончено! — резко сказал он и вышел из зала.
Я смотрела на старого друга и не могла понять саму себя. С одной стороны — я ликовала. Монстры и дальше оставались запечатанными, и миру ничего не угрожало. С другой — моя душа обливалась кровью. Я так долго ждала момента, когда, наконец, окажусь внутри! И этот момент был так близко! А теперь меня ждала очередная пытка ожиданием длиною в вечность. И с этим ничего нельзя было сделать.
Глава 9.1
Покидали совет мы с Владимиром в полном молчании. Каждый думал о своем. Сев в машину, Вяземский тут же взялся за телефон и начал кому-то звонить. Он был очень сосредоточен, делал какие-то распоряжения, постоянно заглядывал в планшет. Я же не могла найти себе места. Ерзала по сидению, прислушивалась, пытаясь понять, чем Владимир так занят. С большим трудом я сдерживала себя, чтобы не вмешаться. Когда мужчина, наконец, обратил на меня внимание, я уже подпрыгивала от нетерпения.
— Что? — вздохнув, спросил он.
— Я должна дать тебе телефон Григория. Он поможет. Передам тебе управление бункерами, думаю, ты знаешь, что надо делать.
— А ты? Просто сольешься?
— Да, так будет лучше. Поверь!
— Я слишком хорошо знаю этого парня. Он упрямый как осел, и если тебя не будет рядом, — он ни за что не согласится сотрудничать. Поверь, я знаю, о чем говорю. К тому же этот Григорий давно мечтает с тобой встретиться. Не думаю, что он так просто упустит эту возможность.
— Хорошо, буду рядом. Вот только разбирайтесь со всем без меня. Кстати, что это был за тип, который дал нам с Олегом принять решение по бункеру?
— Это новый глава теневой верхушки Амир Ахмедов.
— Да ладно! Сын того самого Артура Ахмедова, друга Владислава?
— Он самый!
— А куда делся его предшественник?
— Поверь, тебе лучше не знать! — усмехнулся Владимир, и глаза его странно заблестели. Я почуяла неладное. Что-то мне подсказывало, что эти двое ведут какие-то свои игры, и лучше к ним не лезть.